Водопойная будка

"Образцовая" Водопойная будка у Обуховского моста.

утраченное здание

Фонтанки наб., 109х
Московский пр., 14х

1901-02 – гр. инж. Вейнберг Евгений Петрович (1862-1920-е) nogardia.ru/articles/view/442/

В ЦГИА СПб сохранилось дело «Вейнберг Евгений Петрович», крайние даты документов: 10.01.1889–24.08.1911. Фонд 513. Опись 164. Дело 303  

1930-е - водопойня снесена.

Подробная история водопоен изложена в публикации Водопойная будка у Николаевского моста (первая премия).

«Образцовая» водопойня у Семёновского моста (третья премия).

Водопойня, похожая на описываемую, была построена напротив Никольского рынка. 

На рубеже веков в СПб был объявлен конкурс проектов водопойни. Из пояснительных надписей на  эскизе следует, что представленный инженером (фамилию не прочитать) на конкурс проект и получивший вторую премию, был обработан в архитектурном отношении. Каменная водопойня выполнена в виде восьмигранного здания на 5 раковин, с одним окном и дверью. Под эскизом подпись: "29 мая 1901 г. Е. Вейнбергъ".
Будка была построена на правом берегу Фонтанки метрах в 50 от Обуховского моста выше по течению (в самом начале подъёма гранитной набережной перед мостом).
А туалет рядом на площади (справа на титульном фото) совпадает с общественным туалетом Соколова!

В конце XIX в. город стремительно рос и менялся. Вместе с жителями по его улицам ежедневно передвигались десятки тысяч лошадей – извозных, грузовых, пожарных, почтовых. Лошадь была основой городского хозяйства и забота о ней напрямую определяла саму жизнь столицы.
В городских отчетах регулярно упоминались проблемы содержания и здоровья животных, а одной из самых насущных была организация водопоя. Примитивный способ поения – черпание воды для лошадей прямо из рек и каналов – был признан неудобным и антисанитарным.
В 1889 г. городские власти приняли решение создать сеть специализированных пунктов – водопойных будок. Каждая представляла собой небольшое строение с чугунными раковинами, к которым вода поступала из верхнего бака, заполняемого из водопровода. Рядом находилась сторожка, где жил сборщик. Он по требованию извозчика открывал воду и принимал плату – полкопейки с каждой лошади.
Город сдавал водопойни в аренду, а арендатор получал доход с каждой утолившей жажду лошади, при этом беря все расходы за воду и содержание будки на себя. Водопойни размещались в людных местах - площади, мосты, вокзалы, пристани, и к 1901 г. в Петербурге насчитывалось 33 подобных будки. Городская казна оказалась в плюсе: за 13 лет чистая прибыль города от водопоен выросла с 28993 руб. 68 коп. в 1889 г. до 38692 руб. 59 коп. в 1901 г.
Однако в марте 1903 г. санитарная комиссия выступила в городской думе с жестким вердиктом, в котором признала общие колоды для лошадей рассадником заразы, в частности, опаснейшей болезни – сапа, который мог передаваться и людям. Дума отреагировала оперативно и постановила поить лошадей из индивидуальных ведер извозчиков вместо общих колод для водопоя.
Извозчики, за редким исключением, свои ведра не возили. Это было неудобно: парусиновые ведра, которыми они пользовались, летом быстро перетирались и протекали, а зимой замерзали и ломались. Лошадей стали поить из ведер, заведённых при водопойнях, что немедленно породило новые санитарные проблемы. Ведра не мылись, подвергая лошадей большей опасности заражения, а у будок скапливались очереди.
Это решение оказалось ударом по всей системе. Арендаторы, поняв, что новый порядок невыгоден, массово стали отказываться от аренды водопойных будок. К августу 1903 г. городской управе пришлось взять все водопойни на свое содержание.
Городская управа, в качестве попытки модернизировать систему и спасти ситуацию, выделила 15000 руб. на устройство «образцовых» водопоен. Три были построены у Семеновского, Обуховского и Николаевского мостов. В документах фонда Петроградской городской управы сохранились проекты «образцовых» будок по наб. р. Фонтанки у Обуховского моста, а также у Николаевского моста.
Новые инженерные решения не смогли справиться с главной проблемой: лошади по-прежнему пили из общих, грязных вёдер, а новые краны, которых хоть и стало больше, были расположены по периметру водопойни. Лошади, становясь на водопой и толпясь вместе с извозчиками, отнимали много места на улицах и создавали сутолоку.
Город терпел убытки и к 1905 г. в Санкт-Петербурге осталось всего 24 водопойные будки, включая «образцовые».

 по публикации в группе ЦГИА СПб от 10.10.2025 (Виноградова Д.П., ведущий архивист)

* - Вейнберг Е.П. Эскиз фасада каменной водопойной башни (у Обуховского моста). ГМИ СПб 

** - Исполнительный чертёж водопойной будки  у Обуховского моста 3 уч. Спасской части. 

     Внизу подпись: "Снято с натуры /  27 декабря 1903 / Архитектор Бобров"   ЦГИА СПб. Фонд 513. Опись 101. Дело 359                                             

* - pastvu.com

** - pastvu.com 

Интересный пример фонтана-поилки описал S.P. в комментарии от 19 Августа 2021, 15:25 к расположенному напротив дому. 

В 1870 г., когда владельцем дома был действительный статский советник Александр Степанович Воронин, посередине двора был построен служебный флигель несколько необычной архитектуры.
На чертеже слева в глубине дровяные чуланы, а справа торцовый фасад корпуса прачечной, обращенный в сторону Фонтанки, но расположенный не по оси ворот. И на этом фасаде устроен пристенный фонтан-поилка! Из маскарона вытекала вода, а увенчан фонтан статуей под металлическим зонтиком. Автор проекта - военный инженер, полковник Александр Эммануилович Краузольд (1815 - 1892).

Совершенно неожиданное украшение во дворе заурядного доходного дома!

О том, что фонтан действительно существовал, свидетельствует генеральный план 1876 г., на котором у торца корпуса прачечной показан такой же полукруглый бассейн, что и на чертеже 1870 г. (правда, по этому плану не видно, была ли установлена скульптура).
Увы, через некоторое время флигель был полностью перестроен, при этом фонтан исчез.