Публикация

Дача Безбородко (начало) -
Елизаветинская община сестер милосердия -
Межрайонный противотуберкулезный диспансер

Здание на карте
фото
Архитекторы: Кваренги Д.
Год постройки: 1773-1777, 1783-1784
Стиль: Классицизм

Дача графа  Безбородко -             классицизм

Пам. арх. (федеральн.)

1773-1777 - арх. Баженов Василий Иванович (?)

1783-1784 - арх. Кваренги Дж., при участии Николая Александровича Львова

 

Елизаветинская община сестер милосердия . Главный корпус -

Межрайонный противотуберкулезный диспансер

 

      см. Дача графа  Безбородко  (продолжение)

 

  Купальня

  Пруды

 

 

Дача графа  Безбородко

В 1770 г. участок был пожалован тайному советнику Григорию Николаевичу Теплову. В 1777 г. на берегу Невы был построен трехэтажный дом с башенками по проекту неизвестного арх., некоторые  источники предполагают авторство В. И. Баженова. В 1779 г. после смерти Теплова, его наследники продали дом екатерининскому вельможе Александру Андреевичу Безбородко.

Граф был ценителем искусства, меценатом, на его даче бывали А. Н. Радищев, Н. Н. Новиков, Д. И. Фонвизин, Н. А. Львов.

 

При нем усадебный дом был расширен и  перестроен, В переделке принимали участие  арх-ры Дж. Кваренги и Н. А. Львов. Усадьба в классическом стиле имела традиционный для того времени вид: основной корпус поставлен в глубине участка, а изогнутые галереи связывают его с расположенными по сторонам симметричными флигелями. Трехэтажную среднюю часть фланкируют круглые башни с вышками-бельведерами.

Сад, находящийся перед домом, от дороги отделила ограда с 29 скульптурами сидящих львов, поддерживающих цепи.

 

Граф Безбородко, незадолго до смерти получивший титул князя, скончался в 1799 г., просив употребить его состояние на богоугодные дела, владение его перешло брату Илье Андреевичу.

И. А. Безбородко умер в 1815 г., не успев исполнить завещание. Состояние перешло к его дочерям, одна их которых была замужем за  графом Кушелевым. Ввиду прекращения мужской линии Безбородко, фамилия по указу Александра I перешла старшему в роду Кушелевых  Александру Григорьевичу, который стал именоваться Кушелевым-Безбородко.

 

В годы его владения усадьба процветала как дачное и курортное место с минеральными источниками. Для исследования воды граф приглашал известных медиков, аптекарей, которые в разное время дали положительные отзывы. Аптекарь Фишер на одном из участков, сдаваемых графом в аренду, открыл купальни с комнатами для проживающих.

  • фото
  • фото

    Журнал «Архитектура
    СССР» 1982 №09
    (добавил - PavelT)

  • фото

    Павильон Руина*
    (добавил S.P. )

  • фото

    Н.А.Львов.
    Садовый домик.
    Фасад и план.
    (Н.И.Никулина.
    Николай Львов. Л.,
    1971, C. 66)

  • фото

    Н.А.Львов.
    Садовый домик.
    Разрез и план.
    (Н.И.Никулина.
    Николай Львов.
    Л., 1971, C. 67)

    (добавил S.P. )

  • фото
  • фото
  • фото

    1919 г. (?)
    (добавил Андрей Агафонов )

  • фото

    (добавил Андрей Агафонов )

  • фото

    Добавил -
    Андрей Агафонов .

  • фото

    («Турбостроитель» №34(4956)
    от 22.03.1968 г. С.4)
    (добавил - lenarch)

  • фото

    1974 г.
    Фото - Овчинников К.В.
    ЦГАКФФД

    (добавил Андрей Агафонов)

  • фото

    1979-1981 гг.
    Из книги "Архитектурные
    панорамы невских берегов."
    Захаров О.Н. 1984 г.

    Добавил - YURIY ALEKSANDROV.

  • фото

    Реконструкция спуска
    к воде у дачи Кушелевых,
    1988 г. Фото Волков А.С.
    Добавил - Ладада .

  • фото

    Реконструкция спуска
    к воде у дачи Кушелевых,
    1988 г. Фото Волков А.С.
    Добавил - Ладада .

  • фото

    Фото - Андрей Агафонов, 1994.

  • фото

    Ограда главного дома
    Из альбома Бунатян Г. Г.
    "...Оград узорчугунный".
    Лениздат, 1990

    (добавил IVa )

  • фото

  • фото

    Фото - Perfectoriy
    @belimovgushchin, зима 2013

  • фото

    План границ ...
    (добавил Риэлтор)

*  Павильон Руина. Чертеж-рисунок Дж.Кваренги. Составлено из двух изображений: а) В.И.Пилявский. Джакомо Кваренги. Архитектор.

   Художник. Л., Стройиздат ЛО, 1981, С. 80(основная часть); б) М.Ф.Коршунова. Джакомо Кваренги. Л., 1977, С. 62

 

В 1855 г. А. Г. Кушелев-Безбородко скончался, а дачу унаследовал Г. А. Кушелев-Безбородко, выпускник Лицея, издатель журнала «Русское слово», почетный член многих европейских шахматных клубов. Графа посещали Л. Мей, А. Григорьев, А. Ф. Писемский, В. В. Крестовский. На даче графа гостил Александр Дюма-отец.

Г. А. Кушелев-Безбородко был крупным благотворителем, членом Императорского человеколюбивого общества, содержал Дом призрения пожилых женщин на Охте, помогал другим учреждениям.

 

В 1868 г. пожар уничтожил значительную часть курорта, который уже не восстанавливался. Вскоре после пожара, в 1870 г. скончался и граф, источники завещал он своим крестьянам. После смерти графа имение унаследовала его сестра  Л. А. Мусина-Пушкина, которая сдавала дачу в аренду

В 1873 г. имение разделили на участки, часть из них была куплена, в том числе для постройки фабрик.

см. Канатная фабрика М. Я. Эдвардса и Ц. А. Кавоса

 

 

За главным зданием был большой парк с множеством архитектурных сооружений (от него сохранился пруд на углу Пискаревского и Полюстровского проспектов). По меньшей мере, два сооружения были построены по проектам Дж.Кваренги. Одно из них - ротонда, украшенная статуей Екатерины II работы Ж.-Д.Рашетта (см.: М. Ф. Коршунова. Джакомо Кваренги. Л., 1977, С.  63; к сожалению, я не видел ее изображений). Другое - павильон-руина. Чертеж-рисунок Дж.Кваренги.

В создании парка принял участие также Н. А. Львов (см.: Н.И.Никулина. Николай Львов. Л., 1971, С. 65-67).  Он выполнил проект "садового домика", чертежи которого приведены в названной книге, С. 66, 67 (соответственно); по данным этой книги, домик реально был построен

 

Отрывок из воспоминаний художника А. Н. Бенуа:

"Должно быть, желание быть поближе к своей старшей дочери [Камилле, сестре А.Н.Бенуа - S.P.] , ожидавшей рождения второго ребенка, а также необходимость для папы [архитектор Н.Л.Бенуа - S.P.] часто бывать на постройке колокольни при церкви на Католическом кладбище (на Выборгской стороне) побудили моих родителей летом 1877 г. поселиться на Кушелевке. Здесь уже второй год жила сестра Камишенька со своим Матом [Мэтью (Матвей Яковлевич) Эдвардс – предприниматель, муж Камиллы - S.P.] и с первенцем Джомми. Кушелевкой называлась дача под Петербургом графов Кушелевых-Безбородко, расположенная не доезжая Охты, по набережной Невы. <…>.


В 50-х годах XÍX в. пышный и расточительный граф Кушелев мог еще, не рискуя ударить в грязь лицом, дать во дворце своего предка — знаменитого канцлера, пристанище "самому" Александру Дюма-отцу, и в эти годы на Кушелевке протекала роскошная, полная барских прихотей жизнь. Но с тех пор под боком у парка выросла па Охте английская бумагопрядильная фабрика, и одно ее красное здание, с трубой, выбрасывающей клубы черного дыма, и с ее непрестанным шумом, совершенно изменило характер всей округи. Кроме того, пробудившаяся страсть к наживе посредством продажи земельных участков толкнула и наследника графов Кушелевых, графа Мусина-Пушкина, расстаться с некоторой частью своей усадьбы, и как раз в 1875 г. было построено на одном из таких участков (в двух шагах от дворца) другое, не менее грандиозное, нежели бумагопрядильная фабрика, здание - Славянский пивоваренный завод, тоже с трубой, с дымом и со своими своеобразными шумами.

 

Склонностью графа Мусина-Пушкина "реализировать" свои земли воспользовался и мой дядя Сезар Кавос [архитектор Ц.А.Кавос (младший) - дядя А.Н.Бенуа - S.P.] - человек и сам по себе предприимчивый, а тут еще подпавший под влияние нового члена нашей семьи, мужа моей сестры Камиллы М. Я. Эдвардса, уговорившего дядю вложить некоторый капитал в канатную фабрику. Под это предприятие и был дядей приобретен еще один значительный кусок парка, и в 1876 г. было там заложено первое здание завода, выросшего затем в течение нескольких лет в целый фабричный поселок.


Обе фабрики, пивоваренная и бумагопрядильная, расположенные на берегу Невы, теснили с двух боков усадьбу, созданную для досугов екатерининского вельможи, тем не менее в 1877 г. и дворец, построенный Кваренги, и гранитная пристань, спускавшаяся монументальными лестницами до самой Невы, а также и многие постройки, разбросанные по парку, были еще в целости. Несколько комнат во дворце снимали в первое время после замужества Эдвардсы, и я помню ту пустую, отделанную под гладкий мрамор залу, в которой под огромной люстрой в полной диспропорции ежился их маленький круглый обеденный стол. Вход к сестре был из сада, но не через дверь, а через окно, к которому приходилось подыматься по чугунной, пристроенной к фасаду лестничке, тогда как из сеней дворца не было хода в их выкроенную из парадных апартаментов квартиру. Эдвардсы прожили там лишь год с небольшим, а затем переехали в домик, стоявший неподалеку в парке и, наконец, поселились в специально построенном доме уже в непосредственном соседстве с канатным заводом.

<…>

На Кушелевке мы жили в 1877, 1878 гг. и затем еще в 1882 г., и вот эти три лета дали мне очень много. Разумеется, я тогда не мог вполне сознавать то, чему я был свидетелем, а именно, что на моих глазах происходило разложение остатков славного прошлого; но когда папочка бранил меркантильность графа Мусина-Пушкина, когда он с горечью вспоминал, какой Кушелевка была в дни его молодости, когда Лудвиги мне рассказывали про те празднества, которых они сами "совсем еще недавно" были свидетелями, когда другие старожилы сообщали подробности о том, какие в парке стояли статуи и вазы и как чисто содержались каналы, по которым скользили золоченые гондолы, то все это вызывало во мне смутную печаль, а то, что доживало свой век на прежних местах, пробуждало во мне род тревожного предчувствия, как бы и это все не погибло. Оно и погибло, но уже значительно позже.


За год до того, как мы поселились на Кушелевке, и как раз, когда строился Славянский завод (строителем которого был мой двоюродный брат Жюль Бенуа [архитектор Ю.Ю.Бенуа, двоюродный брат А.Н.Бенуа; в другом месте воспоминаний ему дана нелестная характеристика - несмотря на его профессию - как деловому человеку, напрочь лишенному чувства прекрасного; я лично все же сомневаюсь в ее справедливости - S.P.]), я в первый раз посетил Кушелевку, и в это первое мое посещение меня больше всего поразила Руина. Это была одна из тех затей, в которых, в предчувствии романтических веяний, уже в XVIII в., выразилась мечта о средневековье. Руина эта, построенная в дни Екатерины знаменитым Кваренги (изображение ее имеется в увраже, посвященном его творению), должна была представлять развалины замка, с "уцелевшей" круглой башней. О Кваренги я тогда не имел никакого понятия, о средневековье — весьма смутное и скорее "сказочное", зато я, как многие дети, был легко возбуждаем всем, что просто носило отпечаток таинственности. Не возьми меня тогда папа за руку, я бы ни за что не решился пройти мимо этих поверженных на землю грандиозных колонн и карнизов и взобраться по заплесневелым валким ступеням нескончаемой, как мне показалось, винтовой лестницы. Но с папой страх исчезал, а вид, открывавшийся с верхней площадки Руины, мне очень понравился. По ту сторону Невы, отражаясь в ней, сияли главы Смольного монастыря, на первом плане возвышалось внушительное здание Безбородкинского дворца, по другую сторону - сливался с далекими лесами парк, в котором белели павильоны и статуи. Там же, где готовилось сооружение пивоваренного завода, почва была вся разрыта для фундамента, лежали груды мусора, балки, доски, кирпичи. Естественно, что, когда мы в 1877 г. поселились на Кушелевке, я первым долгом попросился на Руину, но оказалось, что Руины больше нет; ее "пришлось снести" под какие-то сараи для пивных бочек и, мне кажется, что именно тогда я в первый раз понял (не зная самого слова) ужас художественных вандализмов. Я даже возненавидел своего кузена Жюля, по распоряжению которого совершился этот чудовищный поступок, погубивший то самое, что в памяти у меня осталось, как чудесный сон.


Наше поколение, заставшее еще массу пережитков прекрасной старины и оказавшееся в то же время свидетелем начавшейся систематической гибели этой старины под натиском новых жизненных условий (и теорий), не могло не воспитать во мне какую-то особую горечь при виде совершавшегося процесса, находившегося в связи со все большим измельчанием жизни. Все на свете подчинено закону гибели и смены. Все старое, отжившее и хотя бы распрекраснейшее должно в какой-то момент уступить место новому, вызванному жизненными потребностями и хотя бы уродливому. Но видеть, как распространяется такая гангрена и особенно присутствовать при том моменте, когда гангрена только еще чего-либо коснулась, когда обреченное тело в целом кажется еще здоровым и прекрасным, - видеть это доставляет ни с чем не сравнимое огорчение. Подобные ощущения чего-то бесконечно печального и жалкого, испытанные мной в детстве, оставили глубокий след на всю жизнь. Они, несомненно, предопределили мой исторический сентиментализм, а косвенно мои "кушелевские настроения" сыграли свою роль в образовании того культа прошлого, которому в начале XX в. со мной во главе отдавалась значительная группа художественных деятелей, ставящих себе целью убережение исторических и художественных ценностей. <…>.


Кушелевский парк, называвшийся также Безбородкинской дачей, занимал неправильный четырехугольник, тянувшийся одной стороной по Неве и уходивший в глубину, пожалуй, на целую версту. Почти посреди набережной стоял <…> летний дворец канцлера князя Александра Андреевича Безбородко <…>


В сад Безбородкинский дворец выходил террасой с перильцами кованого железа. Широкая липовая аллея, подходившая к самому садовому фасаду, была уставлена по обе стороны мраморными бюстами римских императоров; она доходила до моста, украшенного опять-таки львами, а конец этой аллеи упирался (с 1877 г.) в деревянный забор, отделявший участок завода «Нева» от остального парка. Слева от дворца, в саду под деревьями возвышалась грациозная беседка, так называемый "Кофейный дом", похожий на Турецкий павильон в Царском Селе. Внутри этот дом был расписан по желтому фону птицами и арабесками, но уже в 1877 г. он служил складом всякой рухляди и, глядя через щель в запертой двери, можно было различить внутри груды ломаных скульптур вперемежку со скамьями, столами, частями решеток и с садовыми инструментами. Еще более влево от дворца стояла до 1878 г, на довольно открытом месте помянутая Руина, назначение которой было служить "бельведером", а рядом находился построенный в стиле английской готики дом управляющего <…>. Около готического дома возвышалась простая триумфальная арка, через которую, как гласило предание, не раз въезжала на праздники, дававшиеся графом Безбородко, сама матушка Екатерина Великая. Вправо от дворца парк был замкнут со стороны набережной глухим дощатым забором с каменными столбами. Ближайшие к Охте ворота в нем и вели к дачному поселку, в котором жили и мы. Почти у самых ворот, рядом с небольшой двухэтажной желтой дачей сохранился гранитный пьедестал, на котором когда-то стояла ваза, каменная крышка которой все еще валялась тут же в траве; другая прекрасная ваза полированного гранита уцелела недалеко от завода моего зятя. Кубический домик с купольным прикрытием (типичный для Кваренги), рядом с нашей дачей, служил жилищем полуглухому дворнику Сысою и его сварливой старухе; по когда-то эта сторожка была баней-купальней, и сам Александр Дюма в ней парился.


Запущенная дорожка вела от ворот в глубину парка, изобиловавшего деревьями всевозможных пород. Столетние дубы, березы, липы, ели стояли то сплоченными рощами, то образовывали центр небольших полянок. Дорожка приводила к деревянному "китайскому" мостику, от китайского убора которого оставались лишь жалкие обломки. Однажды хрупкие перила этого мостика, на которые неосторожно облокотился кто-то из наших гостей, подломились, и он едва не сломал себе шею, упав в неглубокие воды канала. С тех пор ветхие узорчатые перила были заменены новыми, простыми, но прочными, да и весь мостик переделан на простейший лад.


За мостом возвышалась "горка", обязательная в каждом парке, она вся заросла кустами волчьих ягод <...> Еще через несколько шагов за изгибом канала открывался вид на главную диковину Кушелевского парка — на Кваренгиевскую ротонду, пожалуй, слишком колоссальную по месту, но являвшую собой образцовый памятник классической архитектуры. Ротонда состояла из невысокого гранитного основания и из восьми величественных колонн с пышными коринфскими капителями, поддерживавшими плоский купол, богато разукрашенный внутри лепными кессонами. Колонны были белые, крыша зеленая. Еще в 60-х годах эта монументальная беседка служила сенью для памятника Екатерины II в образе Кибелы, но в мое время статуи уже там не было, и говорили, будто ее граф Кушелев подарил государю. Не та ли это статуя, что стояла в царскосельском "Гроте"? Сама же ротонда Кваренги простояла, несмотря на отсутствие каких-либо ремонтов, в полной целости до 90-х годов, и только тогда она была продана на слом за грошовую сумму моей кузиной Соней Кавос, которой но наследству от отца принадлежала эта часть парка. [Примечание А. Н. Бенуа: " Я узнал недавно, что в момент продажи на слом ротонда представляла из себя развалину. Чудовищная буря, пронесшаяся над Петербургом, сорвала с нее крышу и повалила одну из колонн."]


Она же лет через пятнадцать нанесла последний удар Кушелевке, продав свою землю по участкам, на которых вскоре выросли самые ординарные дома и домишки. Лишь кое-где уцелевшие среди них деревья и полузасохшие пруды продолжали напоминать о том, что когда-то здесь была расположена одна из самых великолепных барских усадеб.


Влево от ротонды был расположен славившийся когда-то, но постепенно совершенно запущенный фруктовый сад, от которого уцелели лишь несколько кустов одичавшей малины и крыжовника; далее, за главной аллеей у моста со львами открывался вид на первый большой пруд, в водах которого отражались два соединенных одной общей мраморной лестницей павильона. Эти постройки, стоящие уже на территории, принадлежавшей Славянскому заводу, напоминали петергофские Озерки.


Первый пруд соединялся посредством пролива со вторым, находившимся в полном владении моего зятя [Эдвардса - S.P.] и славившимся своими белыми и розовыми водяными лилиями. Здесь местами на берегах можно было различить остатки гранитных пристаней с терракотовыми скульптурами и здесь же стояла "ферма" - большая, выкрашенная в красный цвет постройка с круглой башней, похожая на ферму в Царском Селе. Рядом с ней по разбитым мраморным чашам и по уступам из пористого камня стекала ржавая вода, проведенная по прямому канальчику от железного источника деревни Полюстрово. Деревня эта тянулась "в глубь страны" приблизительно на версту по обеим сторонам помянутого канальчика, воды которого становились все краснее и краснее по мере приближения их к своему источнику. У самого же источника канал расширялся в виде "ковша", на берегу которого вытянулось длинное, выкрашенное в темно-красный цвет здание "Заведения минеральных вод", пользовавшегося значительной славой в 40-х и 50-х годах, но влачившего в наше время самое жалкое существование. В запущенном саду этого "Заведения" оставался от прежнего блеска один лишь киоск для музыки и какие-то покривившиеся бараки для лавочек, но уже в наши дни музыка никогда здесь не играла, а лавочки стояли заколоченными, из чего явствовало, что вера в целебность "железной воды" была поколеблена. Соответственно с этим дачи в Полюстрово, когда-то населенные довольно зажиточными людьми, теперь снимались исключительно мелким людом. Прямо за деревней Полюстрово начинался лес, настоящий лес, куда мы ходили собирать чернику и грибы и в котором, говорили, водились волки и лисицы. С другой стороны Полюстрова открывался далекий простор полей и огородов, а вдали, у самой линии горизонта едва блистали купола церкви на Пороховых заводах."

(Александр Бенуа. Мои воспоминания. М., "Наука", 1980, С. 311-318.)

(добавил S.P.)

В 1773-1777 гг. на набережной была сооружена двухъярусная парадная терраса-пристань. По обе стороны от пристани располагались пушки для сигналов и салютов. Боковые лестницы и грот пристани были облицованы гранитом, а терраса декорирована четырьмя скульптурами сфинксов,  одна пара на верхней площадке, другая на нижней, и вазами.  В годы ВОВ терраса-пристань была разрушена. В 1959-1960 гг. была произведена реставрация пристани по проекту архитектора А. Л. Ротача и техника Г. Ф. Перлиной с воссозданием утраченных скульптур.

 

 

В 1896 г. здание и часть парка площадью свыше 9 га перешли в собственность Общества Красного Креста, здесь разместилась Елизаветинская община сестер милосердия. На территории парка были построены каменные больничные бараки, а в главном корпусе размещены аптека, амбулатория и квартиры для служащих.  Для Общины была построена церковь  св. Пантелеймона.

 

В здании размещается межрайонный противотуберкулезный диспансер.

 

Церковь во имя иконы Божией Матери «Живоносный источник»

В 1831 г. в усадьбе была  освящена домовая церковь во имя иконы Божией Матери «Живоносный источник», посвящение связывают с находящимися поблизости минеральными источниками. Церковь была приписана к церкви Сошествия  св. Духа на Большой Охте. Церковь была закрыта 28 апреля 1880 г.  Убранство графиня Мусина-Пушкина перевезла в свою усадьбу.

  • фото
  • фото
  • фото
  • фото
  • фото
  • фото

Это относится к №№ 5 и 6: Два лечебных павильона Освящение нового барака. 9 декабря состоялось освящение барака имени Е. И. В. Вел. Княжны Анастасии Николаевны при Елизаветинской общине сестёр милосердия Красного Креста. Барак представляет из себя одноэтажное каменное здание, имеющее две больших палаты и несколько отдельных комнат, и рассчитан на 40 больных, исключительно мужчин; барак же имени графа Кушелева-Безбородко, строившийся рядом с предыдущим, двухэтажный - рассчитан на 37 больных, причём один этаж предназначается для женщин, другой - для мужчин. (Спб. Вед. «Зодчий», 1903, Вып. 52, С. 617., miraru1)

 

01.2011.  Дача Кушелевых-Безбородко на Свердловской наб., 40, будет реконструирована. Смольный заключил инвестдоговор с ООО «Монолит», близкому к группе компаний «Конрад». Здание будет приспособлено «для современного использования». По договору «Монолит» должен перечислить в течение года 350 млн рублей для переселения противотуберкулезного диспансера; он расположится в Красногвардейском районе.

По данным комитета по земельным ресурсам, использовать участок дачи и и вокруг нее возможно «для размещения объектов культуры и искусства».     (karpovka.net  2011.01.19)

 

 

1965:  Противотуберкулезный диспансер № 5 Калининского района     - Свердловская наб., 40    ([108])

1973:  Калининский районный противотуберкулезный диспансер № 5   - Свердловская наб., 40   ([211]. С. 65)

1987:  Противотуберкулезный диспансер № 5 Калининского и Красногвардейского р-на  - Свердловская наб., 40    ([125]. С. 105)

          Детское отделение  - Кондратьевский пр., 40  (после 1987)      (Спр. ЛГТС 1988 г.)

2003:  ГУЗ Диспансер противотуберкулезный N5 Красногвардейского и Калининского районов - Свердловская наб. (быв.

             Полюстровская наб.), 40

          Рентгеновское отделение противотуберкулезного диспансера N5 - Свердловская наб. (быв. Полюстровская наб.), 40            
             Калининский, Красногвардейский район                  (TopPlan2003)

2009: ГУЗ Диспансер противотуберкулезный N5 Красногвардейского и Калининского районов - Свердловская наб., 40

          Рентгеновское отделение противотуберкулезного диспансера N5 - Свердловская наб., 40 Примечание: Калининский,

             Красногвардейский районы         (TopPlan2009)

 

 

Памятник архитектуры Федерального значения.

Постановление Правительства РФ от 10.07.2001 N 527 о Перечне объектов исторического и культурного наследия Федерального (Общероссийского) значения, находящиеся в г. СПб.     (Текст документа по состоянию на 1 марта 2008 г.)  (Постановление...", с.)

  • фото

    Фото - Andrey Damir
    04.2011.

  • фото
  • фото
  • фото
  • фото
  • фото
  • фото
  • фото
  • фото
  • фото
  • фото

    В вестибюле 1 этажа.

  • фото
  • фото
  • фото
  • фото
  • фото
  • фото

    Лестница в торце
    западного крыла.

  • фото

  • фото

    Коридор
    западного крыла.

  • фото

    Фото - Виктор М
    23.08.2011.

  • фото

    Вид с востока.

  • фото

    Фото - Виктор М
    11.01.2013.

  • фото

    Фото - люблюпитер

  • фото
  • фото

    Фото -
    Наталия, 08.2019.

27 комментариев
28788 просмотров
Добавил: Наталия, 9 Сентября 2009, 20:12
Редактировано: 5 Апреля 2024, 21:55
Оцените:
(33 голоса)
Разместить ссылку у себя на ресурсе или в ЖЖ:
<a href='https://www.citywalls.ru/house8366.html' target='_blank'>Дача Безбородко (начало) - Елизаветинская община сестер милосердия - Межрайонный противотуберкулезный диспансер на Citywalls.ru</a>
Всего 27 комментариев
  • 14 Марта 2011, 22:10

    В настоящее время в здании размещается межрайонный противотуберкулезный диспансер.

    Тубдиспансер там размещается, как мин., с нач. 1980-х - я там лично бывал. Но если верить № 108 (С. 35), то в январе 1965 года он уже тоже там размещался.

    Противотуберкулезный диспансер № 5 Калинин. р-на - Свердловская наб., 40.

     

    Нет ссылок.

  • 25 Августа 2011, 00:46

    На территории парка были построены каменные больничные бараки, а в главном корпусе размещены аптека, амбулатория и квартиры для служащих.

     

    Вообще-то правильно написать, что это Елизавет. община с.м. РОКК, главный корпус, т.к. Община - это учреждение в целом или иногда понимается (что не совсем точно, но все же точнее, чем думать, что Община - это больница) как общежитие с.м. Общины.

     

    А ссылок-то хочется оченнно.

  • 22 Июня 2012, 23:53

    В 1973г. диспансер уже был, проходила там флюорографию перед поступлением в институт.

  • 23 Июня 2012, 01:27

    «Ленинград. Краткая адресно-справочная книга». — Лениздат, 1973 (С.65):

    Калининский районный противотуберкулезный диспансер № 5 — Свердловская наб., 40.

  • 4 Марта 2013, 14:04

    1 - Федеральный. Дача Безбородко А.А. (Кушелевых-Безбородко), Дача с двумя флигелями и переходными галереями, 1773-1777; 1783-1784, арх. Кваренги Д., Свердловская набережная, дом 40, литера А

    Выявленные:

    Комплекс Елизаветинской общины сестер милосердия Российского Общества Красного Креста

    2 - Хирургический корпус с операционной, 1880; 1896-1897; 1898, арх. Н.В. Набоков; арх. Р.А. Гедике; арх. П.Ю. Сюзор, Свердловская набережная, дом 38, литера В

    3 - 1-й Мариинский хирургический павильон, 1880; 1896-1897; 1898, арх. Н.В. Набоков; арх. Р.А. Гедике; арх. П.Ю. Сюзор, Свердловская набережная, дом 38, литера Г

    4 - 3-й Мариинский хирургический павильон, 1880; 1896-1897; 1898, арх. Н.В. Набоков; арх. Р.А. Гедике; арх. П.Ю. Сюзор, Свердловская набережная, дом 38, литера Д

    5, 6 - Два лечебных павильона,  1880; 1896-1897; 1898, арх. Н.В. Набоков; арх. Р.А. Гедике; арх. П.Ю. Сюзор, Свердловская набережная, дом 38, литера Е, литера Ж

    7 - Церковь св. Пантелеймона Целителя, 1900-1901, арх. А.В. Кащенко, Свердловская набережная, дом 38, литера И

    8 - Дом причта и сестер милосердия общины, 1880; 1896-1897; 1898, арх. Н.В. Набоков; арх. Р.А. Гедике; арх. П.Ю. Сюзор, Свердловская набережная, дом 38, литера К

  • 4 Марта 2013, 14:09

    Это относится к №№ 5 и 6: Два лечебных павильона

    Освящение нового барака. 9 декабря состоялось освящение барака имени Е. И. В. Вел. Княжны Анастасии Николаевны при Елизаветинской общине сестёр милосердия Красного Креста. Барак представляет из себя одноэтажное каменное здание, имеющее две больших палаты и несколько отдельных комнат, и рассчитан на 40 больных, исключительно мужчин; барак же имени графа Кушелева-Безбородко, строившийся рядом с предыдущим, двухэтажный — рассчитан на 37 больных, причём один этаж предназначается для женщин, другой — для мужчин. (Спб. Вед.).

    «Зодчий», 1903, Вып. 52, С. 617

  • 23 Марта 2017, 10:53

    Знаменитые львы с ограды памятника федерального значения "Дача Безбородко" на Свердловской набережной, 40, покинут насиженные места для омоложения.

    Комитет по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры 23 марта проведет демонтаж львов для их последующей реставрации.

    Ограду с 29 скульптурами львов обновят в рамках реализации инвестиционного проекта Санкт-Петербургской строительной компании ООО "Монолит".

    "Львы отправятся в реставрационную мастерскую и вернутся на свое место после окончания работ по реставрации и приспособлению под музейно-выставочную площадку дачи Кушелевых-Безбородко (через два года)", - уточнили в КГИОП.

    Полный текст статьи:

    http://www.spbdnevnik.ru/news/2017-03-22/lvy-s-ogrady-dachi-bezborodko-23-marta-ueydut-na-restavratsiyu/

  • 19 Сентября 2017, 20:00

    После многих лет решил добраться до знаменитых львов, но они действительно уехали на реставрацию 😢

     

  • 19 Сентября 2017, 22:59

    Фотографии расставила в соответствующие публикации

     

  • 20 Сентября 2017, 04:18

    TopPlan2003:

    - ГУЗ Диспансер противотуберкулезный N5 Красногвардейского и Калининского районов - Свердловская наб. (быв. Полюстровская наб.), 40

    - Рентгеновское отделение противотуберкулезного диспансера N5 - Свердловская наб. (быв. Полюстровская наб.), 40
    Примечание: Калининский, Красногвардейский район

     

    TopPlan2009:

    - ГУЗ Диспансер противотуберкулезный N5 Красногвардейского и Калининского районов - Свердловская наб., 40

    - Рентгеновское отделение противотуберкулезного диспансера N5 - Свердловская наб., 40
    Примечание: Калининский, Красногвардейский районы

     

    В начале февраля 2017 г. всё-таки ввели в экс-цию новое здание для диспансера на Бестужевской ул. http://www.citywalls.ru/house15645.html

  • 19 Апреля 2019, 05:34

    1956: Больница детская инфекционная им. Карла Либкнехта Райздравотдела Калининского р-на - Свердловская наб., 5-б (Список абонентов ЛГТС.1956 (С.14))

    1956: Диспансеры кожно-венерологические Райздравотделов

    № 8 Калиниского р-на - Свердловская наб., 5-б (Список абонентов ЛГТС.1956 (С.32))

    1973: Детская больница им. Карла Либкнехта № 9 Калининского р-на (инфекционная) - Свердловская наб., 38 ([211]. С.56)

  • 1 Мая 2019, 16:43

    Лагорио Лев Феликсович (1826-1905). Лунная ночь на Неве, 1898 -

  • 25 Мая 2019, 15:29

    За главным зданием был большой парк с множеством архитектурных сооружений (если не ошибаюсь, от него сохранился пруд на углу Пискаревского и Полюстровского проспектов). По меньшей мере, два сооружения были построены по проектам Дж.Кваренги. Одно из них - ротонда, украшенная статуей Екатерины II работы Ж.-Д.Рашетта (см.: М.Ф.Коршунова. Джакомо Кваренги. Л., 1977, с.  63; к сожалению, я не видел ее изображений). Другое - павильон-руина. Чертеж-рисунок Дж.Кваренги:

     

    Более высокое разрешение

     

    (Эту иллюстрацию я составил из двух изображений: а) В.И.Пилявский. Джакомо Кваренги. Архитектор. Художник. Л., Стройиздат ЛО, 1981, с. 80; б) названная книга М.Ф.Коршуновой, с. 62. Первое изображение - более высокого качества, но оно обрезано сверху и с боков; недостающие части я взял из второго изображения.)

     

     

    В создании парка принял участие также Н.А.Львов (см.: Н.И.Никулина. Николай Львов. Л., 1971, с. 65-67).  Он выполнил проект "садового домика", чертежи которого приведены в названной книге, с. 66, 67 (соответственно); по данным этой книги, домик реально был построен:

     

    Более высокое разрешение

     

     

    Более высокое разрешение

  • 25 Мая 2019, 15:56

    В продолжение предыдущего комментария - отрывок из воспоминаний художника А.Н.Бенуа: Александр Бенуа. Мои воспоминания. М., "Наука", 1980, с. 311-318. (Эту книгу легко найти в интернете. Я скачал ее на электронную книгу и как раз сейчас читаю.)

     

    А.Н.Бенуа (1870 - 1960) в детстве видел этот парк,  еще почти не разрушенный. Текст длинный, но, как мне кажется, интересный.

     

    "Должно быть, желание быть поближе к своей старшей дочери [Камилле, сестре А.Н.Бенуа - S.P.] , ожидавшей рождения второго ребенка, а также необходимость для папы [архитектор Н.Л.Бенуа - S.P.] часто бывать на постройке колокольни при церкви на Католическом кладбище (на Выборгской стороне) побудили моих родителей летом 1877 г. поселиться на Кушелевке. Здесь уже второй год жила сестра Камишенька со своим Матом [Мэтью (Матвей Яковлевич) Эдвардс – предприниматель, муж Камиллы - S.P.] и с первенцем Джомми. Кушелевкой называлась дача под Петербургом графов Кушелевых-Безбородко, расположенная не доезжая Охты, по набережной Невы. <…>.


    В 50-х годах XÍX в. пышный и расточительный граф Кушелев мог еще, не рискуя ударить в грязь лицом, дать во дворце своего предка — знаменитого канцлера, пристанище "самому" Александру Дюма-отцу, и в эти годы на Кушелевке протекала роскошная, полная барских прихотей жизнь. Но с тех пор под боком у парка выросла па Охте английская бумагопрядильная фабрика, и одно ее красное здание, с трубой, выбрасывающей клубы черного дыма, и с ее непрестанным шумом, совершенно изменило характер всей округи. Кроме того, пробудившаяся страсть к наживе посредством продажи земельных участков толкнула и наследника графов Кушелевых, графа Мусина-Пушкина, расстаться с некоторой частью своей усадьбы, и как раз в 1875 г. было построено на одном из таких участков (в двух шагах от дворца) другое, не менее грандиозное, нежели бумагопрядильная фабрика, здание — Славянский пивоваренный завод, тоже с трубой, с дымом и со своими своеобразными шумами.

     

    Склонностью графа Мусина-Пушкина "реализировать" свои земли воспользовался и мой дядя Сезар Кавос [архитектор Ц.А.Кавос (младший) - дядя А.Н.Бенуа - S.P.] - человек и сам по себе предприимчивый, а тут еще подпавший под влияние нового члена нашей семьи, мужа моей сестры Камиллы М. Я. Эдвардса, уговорившего дядю вложить некоторый капитал в канатную фабрику. Под это предприятие и был дядей приобретен еще один значительный кусок парка, и в 1876 г. было там заложено первое здание завода, выросшего затем в течение нескольких лет в целый фабричный поселок.


    Обе фабрики, пивоваренная и бумагопрядильная, расположенные на берегу Невы, теснили с двух боков усадьбу, созданную для досугов екатерининского вельможи, тем не менее в 1877 г. и дворец, построенный Кваренги, и гранитная пристань, спускавшаяся монументальными лестницами до самой Невы, а также и многие постройки, разбросанные по парку, были еще в целости. Несколько комнат во дворце снимали в первое время после замужества Эдвардсы, и я помню ту пустую, отделанную под гладкий мрамор залу, в которой под огромной люстрой в полной диспропорции ежился их маленький круглый обеденный стол. Вход к сестре был из сада, но не через дверь, а через окно, к которому приходилось подыматься по чугунной, пристроенной к фасаду лестничке, тогда как из сеней дворца не было хода в их выкроенную из парадных апартаментов квартиру. Эдвардсы прожили там лишь год с небольшим, а затем переехали в домик, стоявший неподалеку в парке и, наконец, поселились в специально построенном доме уже в непосредственном соседстве с канатным заводом.


    <…>


    На Кушелевке мы жили в 1877, 1878 гг. и затем еще в 1882 г., и вот эти три лета дали мне очень много. Разумеется, я тогда не мог вполне сознавать то, чему я был свидетелем, а именно, что на моих глазах происходило разложение остатков славного прошлого; но когда папочка бранил меркантильность графа Мусина-Пушкина, когда он с горечью вспоминал, какой Кушелевка была в дни его молодости, когда Лудвиги мне рассказывали про те празднества, которых они сами "совсем еще недавно" были свидетелями, когда другие старожилы сообщали подробности о том, какие в парке стояли статуи и вазы и как чисто содержались каналы, по которым скользили золоченые гондолы, то все это вызывало во мне смутную печаль, а то, что доживало свой век на прежних местах, пробуждало во мне род тревожного предчувствия, как бы и это все не погибло. Оно и погибло, но уже значительно позже.


    За год до того, как мы поселились на Кушелевке, и как раз, когда строился Славянский завод (строителем которого был мой двоюродный брат Жюль Бенуа [архитектор Ю.Ю.Бенуа, двоюродный брат А.Н.Бенуа; в другом месте воспоминаний ему дана нелестная характеристика - несмотря на его профессию - как деловому человеку, напрочь лишенному чувства прекрасного; я лично все же сомневаюсь в ее справедливости - S.P.]), я в первый раз посетил Кушелевку, и в это первое мое посещение меня больше всего поразила Руина. Это была одна из тех затей, в которых, в предчувствии романтических веяний, уже в XVIII в., выразилась мечта о средневековье. Руина эта, построенная в дни Екатерины знаменитым Кваренги (изображение ее имеется в увраже, посвященном его творению), должна была представлять развалины замка, с "уцелевшей" круглой башней. О Кваренги я тогда не имел никакого понятия, о средневековье — весьма смутное и скорее "сказочное", зато я, как многие дети, был легко возбуждаем всем, что просто носило отпечаток таинственности. Не возьми меня тогда папа за руку, я бы ни за что не решился пройти мимо этих поверженных на землю грандиозных колонн и карнизов и взобраться по заплесневелым валким ступеням нескончаемой, как мне показалось, винтовой лестницы. Но с папой страх исчезал, а вид, открывавшийся с верхней площадки Руины, мне очень понравился. По ту сторону Невы, отражаясь в ней, сияли главы Смольного монастыря, на первом плане возвышалось внушительное здание Безбородкинского дворца, по другую сторону - сливался с далекими лесами парк, в котором белели павильоны и статуи. Там же, где готовилось сооружение пивоваренного завода, почва была вся разрыта для фундамента, лежали груды мусора, балки, доски, кирпичи. Естественно, что, когда мы в 1877 г. поселились на Кушелевке, я первым долгом попросился на Руину, но оказалось, что Руины больше нет; ее "пришлось снести" под какие-то сараи для пивных бочек и, мне кажется, что именно тогда я в первый раз понял (не зная самого слова) ужас художественных вандализмов. Я даже возненавидел своего кузена Жюля, по распоряжению которого совершился этот чудовищный поступок, погубивший то самое, что в памяти у меня осталось, как чудесный сон.


    Наше поколение, заставшее еще массу пережитков прекрасной старины и оказавшееся в то же время свидетелем начавшейся систематической гибели этой старины под натиском новых жизненных условий (и теорий), не могло не воспитать во мне какую-то особую горечь при виде совершавшегося процесса, находившегося в связи со все большим измельчанием жизни. Все на свете подчинено закону гибели и смены. Все старое, отжившее и хотя бы распрекраснейшее должно в какой-то момент уступить место новому, вызванному жизненными потребностями и хотя бы уродливому. Но видеть, как распространяется такая гангрена и особенно присутствовать при том моменте, когда гангрена только еще чего-либо коснулась, когда обреченное тело в целом кажется еще здоровым и прекрасным, - видеть это доставляет ни с чем не сравнимое огорчение. Подобные ощущения чего-то бесконечно печального и жалкого, испытанные мной в детстве, оставили глубокий след на всю жизнь. Они, несомненно, предопределили мой исторический сентиментализм, а косвенно мои "кушелевские настроения" сыграли свою роль в образовании того культа прошлого, которому в начале XX в. со мной во главе отдавалась значительная группа художественных деятелей, ставящих себе целью убережение исторических и художественных ценностей. <…>.


    Кушелевский парк, называвшийся также Безбородкинской дачей, занимал неправильный четырехугольник, тянувшийся одной стороной по Неве и уходивший в глубину, пожалуй, на целую версту. Почти посреди набережной стоял <…> летний дворец канцлера князя Александра Андреевича Безбородко <…>


    В сад Безбородкинский дворец выходил террасой с перильцами кованого железа. Широкая липовая аллея, подходившая к самому садовому фасаду, была уставлена по обе стороны мраморными бюстами римских императоров; она доходила до моста, украшенного опять-таки львами, а конец этой аллеи упирался (с 1877 г.) в деревянный забор, отделявший участок завода «Нева» от остального парка. Слева от дворца, в саду под деревьями возвышалась грациозная беседка, так называемый "Кофейный дом", похожий на Турецкий павильон в Царском Селе. Внутри этот дом был расписан по желтому фону птицами и арабесками, но уже в 1877 г. он служил складом всякой рухляди и, глядя через щель в запертой двери, можно было различить внутри груды ломаных скульптур вперемежку со скамьями, столами, частями решеток и с садовыми инструментами. Еще более влево от дворца стояла до 1878 г, на довольно открытом месте помянутая Руина, назначение которой было служить "бельведером", а рядом находился построенный в стиле английской готики дом управляющего <…>. Около готического дома возвышалась простая триумфальная арка, через которую, как гласило предание, не раз въезжала на праздники, дававшиеся графом Безбородко, сама матушка Екатерина Великая. Вправо от дворца парк был замкнут со стороны набережной глухим дощатым забором с каменными столбами. Ближайшие к Охте ворота в нем и вели к дачному поселку, в котором жили и мы. Почти у самых ворот, рядом с небольшой двухэтажной желтой дачей сохранился гранитный пьедестал, на котором когда-то стояла ваза, каменная крышка которой все еще валялась тут же в траве; другая прекрасная ваза полированного гранита уцелела недалеко от завода моего зятя. Кубический домик с купольным прикрытием (типичный для Кваренги), рядом с нашей дачей, служил жилищем полуглухому дворнику Сысою и его сварливой старухе; по когда-то эта сторожка была баней-купальней, и сам Александр Дюма в ней парился.


    Запущенная дорожка вела от ворот в глубину парка, изобиловавшего деревьями всевозможных пород. Столетние дубы, березы, липы, ели стояли то сплоченными рощами, то образовывали центр небольших полянок. Дорожка приводила к деревянному "китайскому" мостику, от китайского убора которого оставались лишь жалкие обломки. Однажды хрупкие перила этого мостика, на которые неосторожно облокотился кто-то из наших гостей, подломились, и он едва не сломал себе шею, упав в неглубокие воды канала. С тех пор ветхие узорчатые перила были заменены новыми, простыми, но прочными, да и весь мостик переделан на простейший лад.


    За мостом возвышалась "горка", обязательная в каждом парке, она вся заросла кустами волчьих ягод <...> Еще через несколько шагов за изгибом канала открывался вид на главную диковину Кушелевского парка — на Кваренгиевскую ротонду, пожалуй, слишком колоссальную по месту, но являвшую собой образцовый памятник классической архитектуры. Ротонда состояла из невысокого гранитного основания и из восьми величественных колонн с пышными коринфскими капителями, поддерживавшими плоский купол, богато разукрашенный внутри лепными кессонами. Колонны были белые, крыша зеленая. Еще в 60-х годах эта монументальная беседка служила сенью для памятника Екатерины II в образе Кибелы, но в мое время статуи уже там не было, и говорили, будто ее граф Кушелев подарил государю. Не та ли это статуя, что стояла в царскосельском "Гроте"? Сама же ротонда Кваренги простояла, несмотря на отсутствие каких-либо ремонтов, в полной целости до 90-х годов, и только тогда она была продана на слом за грошовую сумму моей кузиной Соней Кавос, которой но наследству от отца принадлежала эта часть парка. [Примечание А.Н.Бенуа: " Я узнал недавно, что в момент продажи на слом ротонда представляла из себя развалину. Чудовищная буря, пронесшаяся над Петербургом, сорвала с нее крышу и повалила одну из колонн."]


    Она же лет через пятнадцать нанесла последний удар Кушелевке, продав свою землю по участкам, на которых вскоре выросли самые ординарные дома и домишки. Лишь кое-где уцелевшие среди них деревья и полузасохшие пруды продолжали напоминать о том, что когда-то здесь была расположена одна из самых великолепных барских усадеб.


    Влево от ротонды был расположен славившийся когда-то, но постепенно совершенно запущенный фруктовый сад, от которого уцелели лишь несколько кустов одичавшей малины и крыжовника; далее, за главной аллеей у моста со львами открывался вид на первый большой пруд, в водах которого отражались два соединенных одной общей мраморной лестницей павильона. Эти постройки, стоящие уже на территории, принадлежавшей Славянскому заводу, напоминали петергофские Озерки.


    Первый пруд соединялся посредством пролива со вторым, находившимся в полном владении моего зятя [Эдвардса - S.P.] и славившимся своими белыми и розовыми водяными лилиями. Здесь местами на берегах можно было различить остатки гранитных пристаней с терракотовыми скульптурами и здесь же стояла "ферма" — большая, выкрашенная в красный цвет постройка с круглой башней, похожая на ферму в Царском Селе. Рядом с ней по разбитым мраморным чашам и по уступам из пористого камня стекала ржавая вода, проведенная по прямому канальчику от железного источника деревни Полюстрово. Деревня эта тянулась "в глубь страны" приблизительно на версту по обеим сторонам помянутого канальчика, воды которого становились все краснее и краснее по мере приближения их к своему источнику. У самого же источника канал расширялся в виде "ковша", на берегу которого вытянулось длинное, выкрашенное в темно-красный цвет здание "Заведения минеральных вод", пользовавшегося значительной славой в 40-х и 50-х годах, но влачившего в наше время самое жалкое существование. В запущенном саду этого "Заведения" оставался от прежнего блеска один лишь киоск для музыки и какие-то покривившиеся бараки для лавочек, но уже в наши дни музыка никогда здесь не играла, а лавочки стояли заколоченными, из чего явствовало, что вера в целебность "железной воды" была поколеблена. Соответственно с этим дачи в Полюстрово, когда-то населенные довольно зажиточными людьми, теперь снимались исключительно мелким людом. Прямо за деревней Полюстрово начинался лес, настоящий лес, куда мы ходили собирать чернику и грибы и в котором, говорили, водились волки и лисицы. С другой стороны Полюстрова открывался далекий простор полей и огородов, а вдали, у самой линии горизонта едва блистали купола церкви на Пороховых заводах."

  • 7 Мая 2020, 11:53

    https://walkspb.ru/istoriya-peterburga/zd/sverdlovskaya40

    А подробнее про подземные ходы Дачи Безбородько где можно почитать?

  • 3 Сентября 2020, 23:39

     

     

     

     

     

     

  • 22 Февраля 2021, 18:43

    В мае была опубликована статья

    https://protect812.com/2020/05/15/sverdlovskaya40/

     

  • 31 Мая 2023, 19:16

    Название мызы Полюстрово произошло в XVIII в. от источника железистых минеральных вод (Polustus – «болотные»), открытого еще при Петре I.

    С основания Санкт-Петербурга Выборгская сторона, удаленная от центра, долгое время оставалась малозаселенной и незастроенной. Между Казачьей и Охтенской слободами на Большой Неве простирался обширный «Казенный сад», который в 1770 г. был пожалован императрицей Екатериной II сенатору Григорию Николаевичу Теплову. 

    На дарованном участке Г.Н. Теплов устраивает усадьбу: строит каменный дом и разводит сад. После его смерти усадьба Полюстрово была продана наследниками в феврале 1782 г. екатерининскому вельможе, дипломату князю Александру Андреевичу Безбородко за 22 500 рублей « с господским домом, с людьми и пашнями». По проекту архитектора Д. Кваренги в 1783-1787 гг. для Безбородко был выстроен новый усадебный дом, в окружении огромного пейзажного парка. После смерти А.А. Безбородко в 1799 г. мыза Полюстрово переходит к его брату – Илье Александровичу Безбородко, во владении которого она находится до 1815 г.
    В первой половине XIX в. дача Безбородко поменяла своих хозяев. В 1815 г. И.А. Безбородко умер, и всё его состояние перешло к двум дочерям, одна из которых была замужем за графом Г.Г. Кушелевым. В 1816 г. фамилия Безбородко, ввиду прекращения потомства по мужской линии, по указу императора Александра I была передана старшему в роде графов Кушелевых - Александру Григорьевичу (внуку И.А Безбородко). В годы его владения началось процветание полюстровской усадьбы как дачного и курортного места.
    Новый владелец уделял значительное внимание не только благоустройству усадьбы, но и развитию целебных источников, находившихся в окрестностях дачи. Производились работы по осушению местности, прокладывались трубы для подвода целебных вод в специально устроенный бассейн, было сооружено здание ванн.

    Когда А.Г. Кушелев – Безбородко открыл Полюстровский курорт минеральных вод, в окружающей его местности началось активное строительство. Местность Полюстрово застраивается небольшими дачками. Предприимчивые дельцы устраивают в Полюстрово отели, танцевальный зал, трактир. В парке строится театр с подъездом к Неве и вокзал с пристанью. Увеселительная часть парка получает название Тиволи.

    С 30-х годов XIX века территория усадьбы Кушелевых-Безбородко заметно уменьшается. В «Санкт-Петербургских Ведомостях» 1830-х гг. появляются объявления о продаже на даче участков земли под постройку «жилья домов, фабрик и дач». Дачное строительство началось и на территории бывшего графского имения.
    Вторая половина XIX века – время бурного развития промышленности Петербурга, в том числе на Выборгской стороне. В 1868 г. после одного из пожаров курорт был почти полностью уничтожен. Полюстрово постепенно стало приходить в упадок и запустение, земли начали распродавать в том числе и под промышленные нужды. В 1873 г. земли усадьбы были разделены на 98 участков для продажи. В 1890-х гг. участок земли с родниками был приобретён князем С.С. Абамелек-Лазаревым, сумевшим наладить поставку целебной воды в Москву и многие другие города России.
    В 1896 г. главное здание бывшей усадьбы Кушелева-Безбородко и часть парка площадью свыше 9 гектаров перешли в собственность Елизаветинской общины Красного креста. На территории парка были построены бараки, а в главном доме размещены аптека, амбулатория и квартиры для служащих. В начале ХХ века в восточной части территории общины была проложена новая улица – Елизаветинская (от наб. Большой Невы на север, параллельно Кушелевскому проспекту, до Енисейской улицей (в советский период – улица Жукова).
    Севернее усадьбы Кушелева-Безбородко находилась деревня Полюстрово, в которой жили крепостные владельца усадьбы, а позднее в ней стали селиться наемные работники-строители, ремесленники и рабочие предприятий Выборгской стороны. Восточной границей этой деревни являлась Охтинская дорога, переименованная в 1896 г. в Большеохтинскую, а в 1906 г. получившая название проспекта Императора Петра Великого.

    https://kgiop.gov.spb.ru/media/uploads/userfiles/2022/07/06/акт_по_результатам_ГИКЭ_подстанция_невключение_в_реестр_2021.pdf    стр 18-19

  • 1 Октября 2023, 16:28

    "На землях, где позднее появилась усадьба Кушелева-Безбородко, ещё в конце XVII века находились сады и загородный дом коменданта шведской крепости Ниеншанц, расположенной неподалёку на Охтинском мысу. В ходе Северной войны в 1703 году крепость была захвачена русскими войсками. Позднее Пётр I подарил её своей второй супруге Екатерине I. По легенде, название для данного района, Палюстрово (от лат. paluster — болотистый) придумал сам царь. Позднее название стали писать как Полюстрово.

     

    Строительство усадьбы Теплова

    Местные источники ценились в качестве целебных. Так как в XVIII веке определённую моду среди русской знати приобрели поездки за рубеж на лечебные воды, то действительный тайный советник и сенатор Григорий Теплов решил сэкономить, и вместо заграницы около 1770 года отправился на окраину города в Палюстрово. Местность на берегу Невы ему понравилась, и он задумал построить здесь загородный дом. С разрешения императрицы Екатерины II Теплов стал владельцем мызы Полюстрово.

    В 1773—1777 годах по проекту архитектора Василия Баженова фасадом к Неве был построен особняк в готическом стиле. Рядом появились оранжереи и сад. Считается, что прежние коммуникации (дороги, дренажные канавы, водостоки, колодцы и пр.), сохранившиеся со времён шведского владычества в Ингерманландии, прекрасно сохранились, и строители усадьбы умело воспользовались ими."

    https://ru.wikipedia.org/wiki/Дача_Безбородко - источник не указан, надо бы по картам проверить дороги...

     

  • 1 Октября 2023, 16:35

    По ссылке  Пруды  попадаешь на эту же публикацию! Исправьте пожалуйста!

  • 22 Октября 2023, 08:47

    Я, например, посмотрел этот план с большим интересом. И считаю, что он будет в публикации на месте.

  • 4 Апреля 2024, 10:17

     

    Петербургская газета, 1901, № 207, 31 июля.

  • 7 Апреля 2024, 09:29
    Ответ на ""На землях, где позднее появилась усадьба Кушелева" от Риэлтор

     "В 1698 году, за два года до начала Северной войны, шведский генерал барон Абрагам Крониорт, живший тогда в городе Ниен (Ниеншанц), составил план местности от реки Охты до дельты Невы. На том месте, где сейчас располагается дом под номером 40, на плане шведского генерала обозначена мыза (имение), принадлежавшая шведскому офицеру из гарнизона Ниеншанца. К территории мызы примыкал госпиталь для престарелых солдат.
    ...

     Ниже по течению Невы, там, где сейчас стоят корпуса Ленинградского металлического завода, находился шведский военный лагерь, в котором, судя по трем флажкам, обозначенным на плане, стояло три полка шведской армии. "  https://forum.citywalls.ru/post.php?id=325

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий или добавить информацию в публикацию.
Категории
Новости по дням
Сейчас на сайте
Публикации
Опубликовано: 31949
Готовится: 65
Посетители
Гостей: 0
Всего сегодня: 1196