Николая Чудотворца св. церковь (Чернореченская) на Выборгской стороне

Церковь св. Николая Чудотворца (Чернореченская) на Выборгской стороне

Утраченное здание

1866-1871 - акад. арх. Кракау Александр Иванович, при участии  инж.  Петерсона М. Ф.

В память о наследнике престола, старшем сыне Александра II, цесаревиче Николае Александровиче, скончавшемся в Ницце  12 апреля 1865 г., жители района Черной Речки решили возвести каменный храм. Участок  пожертвовал полковник Н. И. Смирнитский. 

Проект храма  исполнил академик архитектуры А. И. Кракау, при участии М. Ф. Петерсона. Работы начали осенью 1866 г., 24 мюля 1867 г. состоялась торжественная закладка  храма. Через два года храм был вчерне готов.

Внешний облик представлял собой смешение элементов «романского» и «русско-византийского» стилей:  портал западного фасада был украшен окном-розой, крыльцо  выполнено в стиле древнерусской архитектуры.  Шатер центральной главы исполнен в духе московских храмов  XVII в. и увенчан луковкой с крестом. По углам основного объема находились звонницы, также увенчанные  небольшими шатрами с главками.

Иконостас из цветного мрамора выполнили мастера Г. Ботта и А. Баринов. Нижний ряд окон покрывали цветные витражи, изготовленные в мастерской В. Д. Сверчкова в Мюнхене.  Образа для храма написал профессор П. Ф. Плешанов. Терракотовые детали выполнил Д. И. Иенсен.  Г. Ботта подарил храму две мраморные колонны, на которых покоилась вырезанная из дерева алтарная сень, увенчанная короной.

Храм освящен 17 августа  1871 г. в присутствии императорской семьи во имя св. Николая Чудотворца. Чин совершил митрополит Исидор.

9 мая  1874 г. перед храмом был открыт бронзовый бюст цесаревича, отлитый по модели А. М. Опекушина.

В 1896 г. был проведен капитальный ремонт здания. Рядом с ним по проекту А. И. Ковшарова в 1902 г. был выстроен временный деревянный храм святых Космы и Дамиана, вмещавший 600 человек. В нем служились ранние литургии. Поначалу для этой цели хотели использовать подвал каменной церкви и потому сделали к ней пристройку с главкой.

 В 1876 г. при церкви было открыто Николаевское православное братство, содержавшее Громовский детский приют. А также богадельню с приютом и училищем.

С 1928 по 1929 гг. здание использовалось в качестве склада. В 1930 г. - снесено.

В настоящее время на месте храма построено здание.

( [57], Религиозный Петербург.  Альманах. Вып. 106 СПб: Palace Editions, 2004,  Наталия)

Иконостас в церкви Св. Николая в С.-Петербурге С особенным удовольствием помещаем в нашем журнале те произведения отечественных художников, в которых видно стремление ввести новый элемент в искусство, для совершенствования которого наиболее опасны и вредны рутинные приёмы раз установившихся тенденций. Предлагаемый вниманию наших собратов рисунок иконостаса принадлежит карандашу нашего известного заслуженного профессора архитектуры А. И. Кракау. В этой работе нашего уважаемого сотоварища высказался не только изящный вкус, но и попытка освежить традиционную форму иконостаса новым художественным приёмом, который до сих пор мы нигде не встречали в православных церквах России. Иконостасу церкви св. Николая, вместо обыкновенной плоской стены, придана форма куполообразная, представляющая покров над алтарём. Такой приём, - в сущности не новый в архитектуре вообще, так как мы его встречаем, например, в церкви св. Михаила во Флоренции, - приятно видеть, повторяем, как попытку ввести новый художественный элемент в архитектуру церквей восточного христианства. Пожалуй, слишком строгий критик мог бы найти несоответствие в таком сочетании стилей, как итальянская готика и формы московских памятников, преобладающие снаружи этой церкви; но мы не разделяем взгляда такого строгого пуризма и полагаем, что талантливому художнику нет необходимости гоняться за строгой выдержкой стиля, потому что такое отношение к искусству не есть еще залог изящного выполнения художественного произведения. В деле искусства не теоретические принципы, а прежде всего художественная правда имеет право на поклонение, и потому любой стиль может быть уместен, лишь бы художественное произведение гармонировало с окружающею обстановкой и формами. В предметах искусства прежде всего важно, чтобы они производили приятное на глаз впечатление, и потому художник вправе заимствовать мотивы в любом стиле, не подчиняясь сухому копированию тех только форм, какие встречаются в том или другом стиле, лишь бы у него хватило умения соединить разнородные элементы в одно стройное целое. В этом отношении автор помещаемого иконостаса разрешил задачу весьма удачно, помирив итальянскую готику с церковной архитектурой московского склада: иконостас весьма изящен, лёгок, прекрасно исполнен и нимало не противоречит окружающему убранству; материалом послужил мрамор, белые массы которого местами оживлены разноцветной мозаикой. Вообще вся внутренность церкви, в которой помещён описываемый иконостас, отличается красотами деталей и, по нашему мнению, она обращает на себя еще более внимания, чем наружная сторона храма.

(«Зодчий», 1875, Вып. 9, С. 102, добавил miraru1)