Публикация
Воскресения Христова собор. Спас-на-Крови (начало)Фото - Собор Воскресения Христова. Спас-на-Крови наб. канала Грибоедова, 2 Б лит А (по РГИС) 1883-1907 - арх. Парланд Альфред Александрович, при участии архимандрита Игнатия
см. Собор Воскресения Христова (
Нарядный многоглавый храм Воскресения Христова сооружен на месте покушения на императора Александра II. 1-гомарта 1881 г. И. И. Гриневицкий, террорист из „Народной воли", взрывом бомбы смертельно ранил императора, который возвращался с парада в Михайловском манеже.
Через полмесяца на месте убийства была освящена временная деревянная часовня - арх. Л. Н. Бенуа. Затем был объявлен конкурс на проект храма-памятника. Победителем стал проект А. А. Парланда и архимандрита Игнатия (Малышева). В большом конкурсе 1882 г. принимал участие арх. Н. Л. Бенуа и его сыновья Л. Н. Бенуа и А. Н. Бенуа. Проект Н. Л. Бенуа получил в 1-м туре вторую премию.
* Группа строителей храма Воскресения Христова в С. Петербурге, присутствовавших на освящении его. Сидят, справа: г. Феделли, младший помощник архитектора; Н. К. Бодаревский, художник; граф И. Д. Татищев, ктитор храма; строитель храма, проф. А. А. Парланд; А. А. Орехов, помощник проф. Парланда; г. Никонов, казенный десятник. Стоят, справа: гг. Педашенко, представ. фирмы серебр. изделий Хлебникова; Фролов, мозаичник; Федоров, бронзов. дел мастер; Сапожников; Б. К. Ковальский; Фридлендер, представитель фирмы Шукерт и Ко. (добавил
Храм выполнен в стиле русского зодчества. Девятиглавый собор на высоком гранитном цоколе, к основному объему которого примыкает колокольня с золотым куполом. Стены облицованы глазурованым зигерсдорфским кирпичом десяти тонов и обильно украшены декоративными элементами. Колонки, карнизики, тяги и наличники сделаны из эстляндского мрамора. Пять глав собора покрыты особой разноцветной эмалью.
Уникальность собора - в его мозаичном убранстве - многочисленные мозаики, выполненные в мастерской Фроловых, украшающие храм снаружи и внутри.
М. В. Нестеров создал эскизы для „Нерукотворного Спаса" и „Воскресения", Н. А. Кошелев для „Христа во славе", А. А. Парланд - для „Благословляющего Спаса", В. М. Васнецов - для мозаик над входами. Внутри собора мозаика сплошь покрывает стены, столбы и своды (площадь более 7000 кв. м). Рисунки для мозаик интерьера выполнили В. В. Беляев, Н. Н. Харламов, А. П. Рябушкин, Н. А. Кошелев, Н. П. Шаховской, А. Н. Новоскольцев и др.
В Генуе изготовлены из разноцветного мрамора пол и иконостас, увенчанный тремя крестами из горного хрусталя. Мозаичные иконы были выполнены по эскизам М. В. Нестерова и В. М. Васнецова.
Собор строился 14 лет - приходилось вести сложные работы по укреплению грунта и сооружению фундамента на бетонной подушке. Да и изготовление мозаик - трудоемкий процесс.
Храм закрыт в 1930 г. В 1970 г. - передан под филиал музея - Исаакиевский собор. В 1973-1998 гг. проводились реставрационные работы. Сейчас - музей. (текст -
Храм Воскресения Христова В главных чертах план храма Воскресения придерживается приема, выработанного церковными постройками ХІІ в. Этот прием - всегда крестообразный, с колокольней, если такая существует, прикомпонованной в большинстве случаев к западной стороне. Через эту колокольню устраивается всегда в ее западной стены главный вход в храм, допуская устройство второстепенных входов с северной и южной сторон. Отступление от этого приема устройства входов в храме Воскресения обусловливается следующими причинами. Место смертельного поранения в Бозе почившего Императора Александра II, включенное вовнутрь храма, оказалось как раз на вертикальной оси колокольни западной части храма. Устроить главный вход через это священное место, обагренное кровью Царя Освободителя, было немыслимо. Прикомпоновав две паперти, прилегающие с севера и с юга к колокольне, я получил возможность устроить взамен главного - 4 входа, из которых два с главного западного фасада и два с боковых, т. е. северного и южного фасадов. Этим путем место смертельного поранения оставалось нетронутым, составляя при храме как бы отдельную священную часовню, при созерцании которой каждый, входящий через паперти в храм, мог сотворить молитву за упокой души любвеобильного Царя Освободителя, мученическая кончина которого тяжелым бременем легла на совесть всего русского народа. Взамен главного входа западного фасада, возвышается на двух ступенях от панели больших размеров крест из мрамора и гранита, на котором мозаикою изображен распятый Спаситель с предстоящими в концах креста Богоматерью, Иоанном Богословом, а в верхней части Отец Саваоф, окруженный шестикрылыми серафимами, с подобающими надписями, как мы это видим на всех старинных крестах допетровской эпохи, вплоть до изображения у подножия креста обычной головы праотца Адама. По сторонам креста, на общем с ним фоне из золотой мозаики, помещаются отдельные иконы в рамках из эстляндского мрамора, изображающие святых дня рождения 17 апреля и дня смерти 1 марта в Бозе почившего Императора, а именно - Св. Зосима Соловецкого и Св. Евдокию. Взамен первоначального предложения прописать на больших гранитных досках, помещенных в нишах высокого цоколя из гранита и эстляндского мрамора, имена всех жертвователей, имея этим в виду привлечение их в возможно большем числе, я предложил впоследствии воспользоваться ими целесообразно с назначением храма, а именно - для увековечения памяти незабвенного Царя Освободителя, поместив на них все манифесты и указы, относящиеся к великим реформам Его времени, и дать этим яркую, наглядную картину Его славного царствования, облагодетельствовавшего не только всех подданных Его обширного царства, но и родственных по крови народностей запада. Отделка фасадов колокольни, построенной как раз над местом смертельного поранения Императора Александра II, составляла одну из главных задач при сочинении проекта храма. Необходимо было указать на ту беспредельную, глубокую скорбь, охватившую при роковой вести все сердца на необъятном пространстве общей родины, необходимо было, чтобы стены, окружающие это священное место, свидетельствуя эту потрясающую душу печаль, в то же время говорили о посильных приношениях со всех концов России на сооружение храма в память любвеобильного Царя Освободителя. Я постарался решить эту задачу, распределив на трех стенах, окружающих роковое место, все губернские и областные гербы Российской Империи, и дополнив их местами уездными гербами. Оставалось выразить еще одно чувство - затаенное я уверен, в сердце каждого русского человека, совесть которого еще не совсем притуплена. Он скажет себе: изверги, совершившие злодеяние 1 марта, не имеющие себе равного в истории всех народов земного шара, были членами того же народа, того же общества, к которому и я принадлежу. Сообразив этот бесспорный факт, выводится из него неминуемо заключительный приговор всему обществу, давшему возможность развиться в своей среде подобным исчадиям человеческого рода. Существует народное верование, что на каждом церковном кресте стоит ангел Господень, передающий все молитвы, творимые в храме, к престолу Всевышнего. По этой причине я и поместил соответственную часть молитвы Василия Великого на самом верху колокольни под венчающим карнизом золотой главы, над которой возвышается крест. Она гласит: «Самъ безсмертный Царю, пріими моленія наша... и остави намъ прегршенія наша, яже дломъ и словомъ и мыслію, вдніемъ или невдніемъ согршенная нами». Как уже было замечено, я понимал свою задачу при постройке храма Воскресения в осмысленной разработке приемов и деталей XVII века, отвечающих по возможности близко намеченной программе, так что точных копий и повторений существующего в храме Воскресения не найдут. Руководствуясь вышесказанным, мне удалось скомпоновать в духе требуемой эпохи новые приемы, впервые примененные на фасадах храма Воскресения. Сюда относятся большие фронтонные кокошники северного и южного фасадов и вся наружная отделка главного алтарного апсида. Покойный Император Александр III, указав стиль для храма Воскресения, продолжал интересоваться и дальнейшим ходом разработки утвержденного Им проекта. В виду наивозможного удешевления постройки, на что особенно сильно напирала Высочайше утвержденная комиссия по постройке храма, я держал всю восточную часть храма, обращенную к парку музея Императора Александра III, несколько проще остальных фасадов, Государь Император, когда я имел счастье представить Его Величеству модель храма, тотчас заметил эту разницу, заявив желание, чтобы восточный фасад по отношению богатства отделки держан был одинаково с остальными, доказав этим Свой неусыпный интерес к постройке храма и верную оценку его значения. Измененный по указанию Его Величества восточный фасад храма удостоился затем Его Всемилостивейшего одобрения. Этим попечения о близкой Его сердцу постройке не закончились, а продолжались с тем же живым интересом, как видно из нижеследующего. Государем Императором были присланы на постройку три колонны (высота 4 ар.) без капителей и баз, из серо-фиолетовой яшмы. Этот ценный подарок я решился использовать надлежащим образом, приискав ему почетное место во внутреннем убранстве храма. Я решился поставить на них, прибавив к ним еще 4 колонну, навес или сень над священным местом смертельного поранения Царя Освободителя в стиле царских мест XVII века, что не только было одобрено Его Величеством, но кроме того, было дано предписание всем трем Императорским гранильным фабрикам в Петергофе, в Екатеринбурге и в Колывани принять деятельное участие в исполнении частей сени из материалов, которые окажутся для выполнения наиболее подходящими, указав при этом, чтобы остатки от саркофагов для Императора Александра II и Императрицы Марии Александровны, которые в то время изготовлялись на Петергофской фабрике, были бы по возможности использованы. Работы между тремя фабриками были распределены следующим образом: колонны, капители и базы из серо-фиолетовой яшмы, декорация свода флорентийской мозаикою и венчающий крест из граненого по всем приемам ювелирного искусства горного хрусталя или, как некоторые его называют, белого топаза, достались на долю Петергофской фабрики. Все архитектурные части, т. е. надкапительные столбики с нишами, главный карниз, все кокошники из зелено-волнистой яшмы (саркофаг Александра II) и шатрообразная крыша из моховика, схожего с нефритом, были поручены для исполнения Колыванской фабрике. Все прорезные, ажурные работы, которых очень много, взялась сделать из вновь открытой яшмы (темно-зеленой с синим отливом) Николая II Екатеринбургская фабрика и, кроме того, еще все детали из орлеца (саркофаг Императрицы Марии Александровны), а именно: цветы между рядами кокошников и низкий балюстрад вокруг сени. Кроме этого, действительно царского подарка, к оценке которого я боюсь даже приступить, храм Воскресения украсился еще богатыми, по материалу и работе, клиросными киотами, сооруженными из тех же драгоценных материалов, по воле покойного Государя Императора Александра III, на Императорских гранильных фабриках в Екатеринбург и Колывани. Всемилостивейшие царские приношения в храм Воскресения этим не закончились. К ним прибавились еще: тончайшей работы дарохранительница из яшмы различных зеленых тонов на пьедестале из орлеца, выполненные на гранильной фабрике в Екатеринбурге, три креста из граненого горного хрусталя, для помещения над кокошниками средней, главной части иконостаса и такой же крест для свода сени, работы Петергофской фабрики, и 12 малых размеров, тончайшей мозаики, икон афонских святых, исполненных в мозаическом отделении Императорской Академии Художеств в начале второй половины прошлого столетия при вице-президенте князе Гагарине по приведенным в надлежащий масштаб рисункам художников П. П. Чистякова и академика Бейдемана (первый живописец, старавшийся в церковной живописи высвободиться из-под влияния запада, придавая своим произведениям более строго-иконный характер.). Эту выдающуюся по выполнению работу нашего, в то время молодого, мозаического отделения при Академии Художеств мне удалось пристроить также на не менее почетном видном месте, а именно - в столбиках, фланкирующих царские врата иконостаса, по 6-ти с каждой стороны. Как мною было замечено выше, Высочайше утвержденная комиссия в ее первом составе, при вице-президенте А. И. Рязанове, напирала главным образом на экономию, т. е. на возможное сокращение сметы, дозволяющее лишь мечтать о более богатом убранстве храма, как снаружи, так и его внутренних стен. Впоследствии, однако, наш Августейший Председатель Его Высочество Великий Князь Владимир Александрович, принимая живейший интерес в постройке сооружаемого памятника Его незабвенному родителю, не только благосклонно выслушивал мои предложения о придаче храму Воскресения большего богатства отделки, большей монументальности, но и всемилостивейшим разрешением Своим давал мне возможность осуществить заветные мечты! Пять эмальированных по красной меди главок средней главной части храма, представляющие собою первый в мире пример применения эмали, да еще на выпуклых плоскостях, в столь широких, грандиозных размерах, обязаны Ему своим существованием, равно как и главка над алтарем из золотой мозаики, являющая собою также еще невиданный прием; а разрешением заменить мозаикою живописи, как наружную, так и всей внутренности храма, Его Высочество сразу выдвинул храм Воскресения на одно из видных мест всех, когда и где-либо сооруженных церковных построек! Более широкого, повсеместного применения мозаики, как при храме Воскресения, не имеется пока примера. В святом Марке в Венеции, в самом выдающемся памятнике по мозаике в Италии, отделка мозаикою начинается лишь, как известно, на половине высоты всей внутренности храма, высота которой по требованиям Византийского стиля сравнительно невелика. В храме Воскресения, при значительной высоте внутренности, доходящей под главным куполом до 21 саж., мозаика начинается непосредственно над невысоким (в три с половиною аршина) цоколем из зеленого мрамора (Verde di Calabria), плинт которого из темно-красного мрамора под названием Rosso di Levanto. Мозаики внутренности храма распределены следующим образом: 1) В папертях орнаменты растительного характера на зеленовато-синем (ночном фоне). 2) В проходах из папертей в храм изображены ветхозаветные сюжеты на голубом фоне. 3) В проходах из папертей в западную часть храма двунадесятые праздники на золотых фонах. 4) В главной части храма на голубых фонах изображена вся земная жизнь Спасителя начиная Благовещением и кончая въездом в Иерусалим. 5) В западной части храма, над местом смертельного поранения Государя Императора Александра II, помещены страдания Спасителя, распятие и Воскресение на золотых фонах. 6) В восточной части и в алтаре — моменты после Воскресения на золотых фонах. 7) В пяти куполах мы видим: в главном — благословляющего Спасителя (Пантократор), окруженного шестикрылыми серафимами, а в четырех малых: Богоматерь, Эммануила, Иоанна Крестителя и Спаса Благое молчание. Кроме этих 7 групп, на столбах и стенных пилястрах помещены святые в рост. Внизу апостолы и пророки, над ними святые мученики, а в последнем ряду преподобные православной церкви. Фоны меняются, смотря по месту их нахождения. Причина, побудившая меня изменить фоны отдельных частей, заключается главным образом в желании избегнуть утомления глаз у зрителя, что при общем золотом фоне, например, является неизбежно. Затем сопоставление рядом разных фонов придает общему большую картинность, больший красочный эффект. Стиль XVII века, по возможности избегая во внутренности храмов выступающие от стены детали, как-то пояски, карнизы, тяги и пр., дает стенам совершенно ровную поверхность, переходящую непосредственно в плоскости куполов, полукуполов и сводов. Все необходимые деления стен, столбов и пилястр, как вертикальные, так и горизонтальные производятся помощью орнаментов, находящихся в одной и той же плоскости с иконографическими изображениями, которые приходится разграничить между собою. Эта непосредственная близость орнаментов к иконографическим изображениям требует от архитектора должной умеренности, должного такта в трактовании орнаментации храма, которая должна играть лишь второстепенную роль, помогая впечатлению иконографических изображений, но не парализируя, не убивая ее неверным, чрезмерно крупным масштабом и кричащими, чрезмерно яркими красками. Другая, не менее характерная особенность орнаментации XVII в. преимущественно растительного характера, состоит в нежелании повторений, хотя бы на тех же местах, одного и того же орнамента. Трафаретный способ современных декораторов был тогда, по-видимому, еще не знаком, а повторять одно и то же несколько раз казалось скучным, не художественным, тормозящим пылкую фантазию народного творчества. Таким образом, декораторы XVII века, оборудывая все рисунком и разделкою в красках рукою, сочиняли для каждого места новый орнамент, успешно обогащая этим приемом сокровищницу народного орнамента. Орнаменты, как я уже заметил выше, преимущественно берут свои мотивы из растительного, подчас фантастического царства с примесью к ним изредка легкой плетушки. Орнаменты из одних плетушек византийского характера не применялись. Все вышесказанное я старался применить к орнаментам храма Воскресения; насколько это мне удалось - оставляю судить другим. Остается сказать еще несколько слов о самом месте страшного события 1 марта, находящемся между 4 колоннами, поддерживающими сень. Спускаясь между передними колоннами сени двумя ступенями от пола западной части храма, мы имеем перед собою часть мостовой улицы из крупного булыжника, со следами взрыва бомбы у самого откосика из более мелкого булыжника, служащего переходом к гранитным плитам панели Екатерининского канала, парапет которого виден между задними двумя колоннами сени. Восстановление места — по возможности точное. Мною сделан был рисунок с натуры и затем все камни мостовой, откосика и гранитные плиты были уложены в пяти ящиках, которые сохраняясь во все время постройки храма, сперва в часовне на Конюшенной площади, а затем в церкви конюшенного ведомства. От первой бомбы, брошенной в экипаж Государя Императора, пострадал, как известно, один из сопровождавших казаков. Государь, оставшийся невредимым, направился к тяжело раненому, не внемля просьбам поскорее уехать, не думая о Своей безопасности. Подчиняясь Своему любвеобильному сердцу, Ему необходимо было утешить, успокоить умирающего за него человека. Возвращаясь обратно по направлению к Зимнему дворцу, Он был настигнут второй брошенной бомбой, метатель которой, пользуясь временем беседы Государя с умирающим, имел возможность приблизиться для осуществления своего адского замысла! «Больше себя любве никтоже имать, да кто душу свою положитъ за други своя» - слова Спасителя, характеризующие вполне данный момент. Я их поместил над местом события 1 марта, под иконою «Распятие». Считаю приятным долгом упомянуть о моих помощниках, потрудившихся со мною над постройкой храма Воскресения. С благодарностью я признаю их труды, их ценную подмогу, благодаря которой мне удалось довести до конца сооружение памятника незабвенному Царю-Освободителю. Моими сотрудниками по технической части состояли: И. Ф. Шлупп (умер в 1900 г.), академик А. А. Ященко, десятник П. А. Никонов. По художественной части: А. П. Кузьмин (умер в 1883 г.), Г.Г. Войневич, И.П. Злобин, А. А.Орехов, барон Л. Н.Соловьев, В. И.Фидели, У. У. Смукрович, И. Г. Феденко. По канцелярии: Б. К. Ковальский и Н. И. Тихомиров. А. Парланд. «Зодчий», 1907, Вып. 35, С. 374-378 (добавил
![]() ![]() Добавил: Наталия, 29 Июля 2008, 23:41
Редактировано: 20 Мая 2024, 22:35
Добавить название здания/год постройки/имя архитектора
Добавить текст/сообщить об ошибке в публикации Добавить фотографии в публикацию
Разместить ссылку у себя на ресурсе или в ЖЖ:
<a href='https://www.citywalls.ru/house2749.html' target='_blank'>Воскресения Христова собор. Спас-на-Крови (начало) на Citywalls.ru</a>
Всего 40 комментариев
Зарегистрируйтесь,
чтобы оставить комментарий или добавить информацию в публикацию.
|
Категории
Новости по дням
Сейчас на сайте
Публикации
Опубликовано: 31822
Готовится: 60
Улицы: 2683
Архитекторы: 4113
Посетители
Участников: 4
Гостей: 3700
Зарегистрировано: 13848
Всего сегодня: 2906
|
РПЦ выжидает, когда все сделано будет...