Публикация

Архитектурно-строительный университет . Корпус

Здание на карте
фото
Архитекторы: Хидекель Л. М.
Год постройки: 1932
Стиль:

Архитектурно-строительный университет

Центральный корпус

 

Корпус ЛИСИ

1932 - арх. Хидекель Лазарь Маркович    ([129]. C. 109)

 

 

Здание построено в 1932 г., арх. Лаз.М.Хидекель. Пострадало от пожара около 1965 - 1966 г. Перестроено в 1970 - 1980-х гг. (S.P.)

  • фото

    На заднем плане
    видно здание до пожара.
    Добавил - S.P. .

  • фото

    Вид на 3-ю
    Красноармейскую ул.
    между домами №29 и №31
    Международного пр. 1939
    (добавил Данелия).

Я жил на 3-й Красноармейской улице с детства до 1971 г. (до 18 лет). И могу сообщить некоторые подробности, которые теперь трудно найти в литературе.

В частности, этот корпус ЛИСИ выглядел существенно по-другому, его архитектура была характерна для начала 30-х годов. Здание было на два этажа ниже, за исключением повышенной центральной части (ее высота соответствовала, видимо, уровню карнизов над нынешним предпоследгим этажом, а наверху была пологая двускатная крыша - подобие классического фронтона). Фасад был облицован штукатуркой "под гранит". Между каннелированными лопатками были широкие окна, целиком занимавшие промежутки. На мой вкус, фасад был мрачный и грубый.

Летом 1966 (может быть, 1965) года в здании произошел сильный пожар. Здание кое-как восстановили в переделанном виде только лет через 10 - 15, но фасад еще долго оставался не оформлен, оставались участки голых кирпичных стен. Новая  облицовка появилась не раньше середины 1980-х гг..

Так что существующее здание нельзя безоговорочно относить к 1932 г., а его автором считать Лаз.М.Хидекеля.

(добавил: S.P.)

12 комментариев
4945 просмотров
Добавил: Blackadder, 28 Апреля 2010, 22:18
Редактировано: 14 Марта 2020, 03:41
Оцените:
(5 голосов)
Разместить ссылку у себя на ресурсе или в ЖЖ:
<a href='https://www.citywalls.ru/house11398.html' target='_blank'>Архитектурно-строительный университет . Корпус на Citywalls.ru</a>
Всего 12 комментариев
  • 26 Ноября 2012, 16:02

    Да нет это уже не совсем конструктивизм. Ближе к арт-деко. Фасад имеет четкий поэтажный схематичный ордер, свойственный архитектуре классицизма и ренессанса. Решенные, как цоколь, первые три этажа объеденены коннелированными лопатками. Верхние этажи объеденены лопатками. Нижние этажи  отделяет горизонтальная тяга.

  • 26 Ноября 2012, 16:07

    Тут с годом постройки  плохо корреспондируется решение лицевого фасада.  

    Возможно, был капремонт с добавкой всего вышеперечисленного. :) 

     

  • 26 Ноября 2012, 16:13

    Год постройки не всегда стилеопределяющий:) Хидекель вообще часто применял коннелированные лопатки в своем творчестве в 1930е годы.

    Тут кстати напутано с архитекторами, это здание построил Лазарь Хидекель, а не Лев...

  • 26 Ноября 2012, 23:26

    Почему в титуле АСУ? Строили-то, когда был только один университет в Ленинграде. И кстати, был тогда еще не ЛИСИ, а ЛИИКС. ЛИСИ появился только в 1941 году, почти накануне Великой Отечественной. Найти подтверждение можно в том же № 100 (Т. 2), что ныне выложен на сайте, например, Архивного комитета Прав-ва Санкт-Петербурга.

  • 28 Февраля 2014, 18:45

    Я жил на 3-й Красноармейской улице с детства до 1971 года (до 18 лет). И могу сообщить некоторые подробности, которые теперь трудно найти в литературе.

     

    В частности, этот корпус ЛИСИ выглядел существенно по-другому, его архитектура была характерна для начала 30-х годов. Здание было на два этажа ниже, за исключением повышенной центральной части (ее высота соответствовала, видимо, уровню карнизов над нынешним предпоследгим этажом, а наверху была пологая двускатная крыша - подобие классического фронтона). Фасад был облицован штукатуркой "под гранит". Между каннелированными лопатками были широкие окна, целиком занимавшие промежутки. На мой вкус, фасад был мрачный и грубый.

     

    Летом 1966 (может быть, 1965) года в здании произошел сильный пожар. Здание кое-как восстановили в переделанном виде только лет через 10 - 15, но фасад еще долго оставался не оформлен, оставались участки голых кирпичных стен. Новая  облицовка появилась не раньше середины 80-х годов.

     

    Так что существующее здание нельзя безоговорочно относить к 1932 году, а его автором считать Лаз.М.Хидекеля.

  • 6 Марта 2014, 07:32

    Старая фотография:

     

     

    http://begin-edu.com/vuz/278

     

    На заднем плане видно здание до пожара. Я в предыдущем сообщении немного ошибся: здание было на один этаж выше, я забыл об этаже с круглыми окнами.

  • 6 Марта 2014, 08:28

    Спасибо за отличное фото.:-)

     

  • 3 Января 2016, 23:49

    Очень интересные воспоминания Льва Самсоновича Разумовского, скульптора, графика, художника детской игрушки, писателя, жившего в этом доме до войны, во время блокады Ленинграда и после. О доме, о многих его жителях, о местности: http://lev-razumovsky.org/rus/books/blokada1/family.htm

     

    Оттуда:

    "Вход во двор ограничивали две покосившиеся гранитные тумбы, а над воротами висел гипсовый барельеф со знаком Осовиахима, который я любил разглядывать. Винтовка, перекрещенная пропеллером, в обрамлении листьев и лозунга озадачивала, что бы все это значило и как это сделано?

    Вход во двор был переходом от света к мраку. Двор, куда никогда не заглядывало солнце, узкий и грязный, был заставлен поленницами дров, между которыми мы, мальчишки, играли.

    Рядом с домом, впритык к нему возвышалась громада Института гражданских инженеров, переименованного потом в Ленинградский инженерно-строительный институт (ЛИСИ).

    ЛИСИ всегда строился, и все детство перед моими глазами торчали деревянные леса, начинавшиеся за дощатым забором. Оттуда постоянно слышался стук молотков и скрежет пил, оттуда всегда летела пыль, оттуда же раздавался громкий звон, когда сторож бил молотком по подвешенной рельсе, возвещая о часе обеда или конце работы.

    Нас, мальчишек, стройка притягивала постоянно. За забор лазить запрещалось, и именно по этому мы ежедневно лазили туда и бегали по скрипучим рельсам. Самое же большое удовольствие и даже долг каждого мальчишки, обязанного доказать, что он не трус, заключались в том, что бы прокрасться, минуя сторожа, к рельсине, бабахнуть по ней камнем и мчаться стрелой назад, через забор, к дому.

     

    Рядом с нами на площадке в квартире 8 жили Липшицы, наши друзья: сестры Лена, Поля и Женя, их брат Генрих, врач, и их мать, тетя Ревечка. Сестры, кроме Поли, были бездетные. Меня там любили и баловали. Тетя Ревечка неизменно ставила передо мной чашку с бульоном и белые сухарики, а сестры кормили конфетами и забавляли, каждая на свой лад. Поля осталась хромой из-за перенесенного в детстве полиомиелита. Однако это не помешало ей работать заведующей аптекой и выйти замуж за своего коллегу Якова Бенедиктовича Лозановского, грузного лысого человека с низким хриплым голосом и устрашающими черными бровями. Я его не любил и боялся, - он был строг и резок. Во время блокады этот неприветливый, суровый человек сыграл большую, а может быть, и решающую роль в спасении папы и меня от голодной смерти.

    На четвертом этаже, над нами жил Михаил Грюнбаум с женой и взрослой дочерью. Грюнбаум, крупный и дородный мужчина, был всегда богато одет, держался надменно и дважды в день выгуливал Рекса, огромную немецкую овчарку. Иногда с Рексом гуляла толстая Люська, дочь Грюнбаума, которую мы мальчишки дружно ненавидели за ее презрение к нам и унаследованную от отца надменность. Зато мы любили Рекса и гордились им - самой сильной собакой нашей улицы. Мальчишки звали Люську и ее мать “немками”.

    Рядом с ними на площадке жил профессор Яковкин с женой Верой Яковлевной и дочерью Наташей, высокой темноволосой и застенчивой девушкой. Однажды Вера Яковлевна пригласила нас к себе, и Наташа неожиданно подарила мне чудесную игрушечную лошадь на качалке, огромную, с большими красивыми стеклянными глазами, с хвостом из настоящего конского волоса и полной сбруей с металлическими стременами. Сколько радости принесла мне эта лошадь, когда я часами в упоении скакал на ней, поражая толпы врагов - белых буржуев! К тому времени я уже бегло читал и любимой книгой была подаренная мамой “Военная тайна” Гайдара. Поэтому боевой конь и острая шашка были для меня в ту пору совершенно необходимы, а отваги и патриотизма было у меня хоть отбавляй.

    Двери нашей квартиры снаружи были окрашены коричневой масляной краской, на которой с правой стороны, примерно на уровне роста Карабзды, было довольно отчетливо процарапано гвоздем загадочное слово “жит”. Двери украшал голубой металлический ящик для почты, а слева от него круглела розетка старого звонка с надписью “Прошу повернуть” . Квартира начиналась с обширной передней, откуда вели три двери: одна в спальню, другая в столовую, а третья в длинный коридор, заканчивавшийся узкой кухней с большой чугунной плитой, грубым некрашеным кухонным столом, который моя няня Ксеня часто скоблила большим ножом, и табуретками с вырезанными в них полукруглыми дырками. В кухне же стоял большой сундук - собственность Ксени. Над ним висела икона Спасителя.

    Спальня была квадратной солнечной комнатой с широкой нишей в торце и большой белой кафельной печью. Посередине, головами в нишу, стояли две широкие кровати с никелированными спинками - на них спали папа и мама. Между окнами - затейливый трельяж с тремя маленькими фарфоровыми бюстиками писателей на углах. Его когда-то собственноручно сделал дедушка Макс, мамин отец, - легенда нашей семьи. На стенке, смежной со столовой, висела картина работы деда: хвойный лес, дорожка, по которой медленно бредет пожилая пара. Белая двустворчатая дверь вела в столовую, где под большой люстрой со стеклянным матовым абажуром стоял крытый серой тканой скатертью с вышитыми шелком розами большой обеденный стол, а вокруг него тяжелые дубовые стулья с темно-зелеными кожаными спинками, декорированными круглыми латунными гвоздиками-кнопками. Вся мебель в столовой была делом рук деда, который при двух основных специальностях - врача и инженера - был еще художником и столяром-краснодеревцем."

  • 6 Июля 2017, 12:32
    Ответ на "К какому тогда дому по 3-й Красноармейской улице н" от Данелия

    Слева от здания ЛИСИ стояли один или два старых доходных дома (один из них был в глубине участка; был ли второй на соседнем участке, точно не помню). Эти здания были снесены в начале 70-х годов при строительстве нового здания института.

     

    К какому дому отправить  этот комментарий - не знаю. Публикации по этому дому нет - и, возможно, никогда не будет: я не уверен, что есть какие-то данные о нем. Так что пусть эти воспоминания так и остаются здесь.

  • 7 Июля 2017, 00:49

    Это - дом №1.

    Похоже от здания 1932 г. осталось процентов 50. Сносили, пристраивали, перестраивали, строили заново.

  • 7 Июля 2017, 07:57
    Ответ на "Это - дом №1. Похоже от здания 1932 г. осталось пр" от Александр ОТ

    Дайте себе труд прочитать текст публикации и посмотреть старую фотографию. Нынешнее здание стоит точно на том же месте, что и в 1932 году.

     

    Кстати, не хотите ли передо мной извиниться?

  • 3 Января 2022, 23:06

    Грюнбаум Михаил Маврикиевич, 1877 г. р. Место проживания: 3-я Красноармейская ул., д. 3, кв. 10. Дата смерти: февраль 1942. Место захоронения: неизвестно. 

    "Звонок в дверь. Мы с мамой идем открывать. На пороге согбенный, в каком-то рванье, незнакомый старик.

    - Вам кого? - спрашивает мама. - Татьяна Максимовна! Вы меня не узнаете? Грюнбаум... Старик, покачиваясь делает пару шагов в переднюю. Я приношу свечку. - Грюнбаум? Михаил Захарович? - Да, это я... Узнали? Я сам себя не узнаю...

    Я стою, не двигаясь. Этот скрюченный старик, в рваной женской кофте, с темными пятнами на щеках, с кровью запекшейся на лысине, из которых торчат клоки седых волос, с вытаращенными безумными глазами, - это наш верхний сосед, высокий дородный, всегда богато одетый, всегда надменный Грюнбаум.... Верится и не верится

    - Татьяна Максимовна! Ради бога! Кусок хлеба... Три дня ничего не ел... Мама в растерянности. - Михаил Захарович, проходите, сядьте. Я вам кипятку налью... Но хлеба у нас нет... Мы же все на карточках, так же, как и Вы... - Татьяна Максимовна! Может тарелочку супа? Небольшую... Может корка, какая?.. - Нет у нас ничего, Михаил Захарович. Мы тоже голодаем... Вы же получаете хлеб по карточкам. Почему же вы три дня не ели? - Все отобрали... Все карточки... Весь хлеб... Все... Мне не дают ни куска три дня...

    - Кто отобрал? - спрашивает мама в ужасе. - Как это случилось? Почему Вы отдали? 

    Старик вскидывает опущенную голову. Рыдания душат его речь. Слезы обильно текут по лицу. Жена... Люська... Я ослаб... Сам за хлебом не хожу... Три дня не дают ни куска... Бьют меня, бьют каждый день... Что б ты сдох скорей... Они ушли сейчас... Я спустился к вам. Больше не к кому... Татьяна Максимовна, голубушка...

    Дверь захлопывается. Я стою потрясенный... Мама, бессильно опустив руки, не стесняясь меня, плачет...

    // https://berkovich-zametki.com/2013/Starina/Nomer2/LRazumovsky1.php

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий или добавить информацию в публикацию.
Категории
Новости по дням
Сейчас на сайте
Публикации
Опубликовано: 30791
Готовится: 275
Посетители
Гостей: 0
Всего сегодня: 1188