Публикация

Дом Касаткина-Ростовского (по наб. Мойки)

Здание на карте
фото
Мойки наб., 84
Пирогова пер., 15
Архитекторы: Бенуа Н. Л.
Год постройки: 1869-1870
Стиль:

Дом Касаткина-Ростовского                                           

наб. р. Мойки, 84 - пер. Пирогова, 15

1-я четверть XIX века - автор не установлен

Дом М. Ю. Виельгорского          пер. Пирогова, 15

1837-1839  - арх. Пель Александр Христофорович - строительство дворовых корпусов

Дом Касаткина-Ростовского       наб. р. Мойки, 84 - пер. Пирогова, 15 

1869-1870  - арх. Бенуа Николай Леонтьевич - стр-во корпуса по набережной

(Список...)

   см. Дом Касаткина-Ростовского  (по пер. Пирогова)

  • фото
  • фото
  • фото

В 1869 г. арх. Н. Л. Бенуа делает проект для князя Касаткина-Ростовского на наб. Мойки, дом 84. Территория под застройку простиралась от набережной до Глухого пер. (пер. Пирогова).

 

В начале XIX в. в глубине участка главным фасадом в переулок стоял дом М. Ю. Виельгорского (не сохран.). Дом был известен в кругу декабристов, здесь проходили тайные собрания масонской ложи.

На месте проектируемого Н. Л. Бенуа дома находился большой сад с оградой, с двух сторон ограниченный боковыми флигелями.

 

Четырехэтажное здание заняло весь фронт участка вдоль Мойки, боковые флигели были полностью разобраны.

Центральный ризалит был увенчан небольшим фронтоном с лепным гербом. Оконные наличники украшенны в стиле барокко лепниной, различной на каждом этаже.

([114],С.108)

  • фото

    А. Д. Вяльцева

В доме с 1905 г до своей смерти в 1913 г. проживала артистка оперетты Анастасия Дмитриевна Вяльцева.

(ВП на 1905 г. О. III Стб. 136, на 1913 г. О. III Стб. 129)

 

А. Д. Вяльцева, исполнительница городских, цыганских романсов, певица оперетты, начала свою сценическую карьеру в Киеве, выступала в Москве, большую часть жизни прожила  в Петербурге. Несколько раз она участвовала в оперных представлениях, в том числе и в Мариинском театре. Она спела Кармен ("Кармен" Бизе), Амнерис ("Аида" Дж. Верди), Далила ("Cамсон и Далила" Сен-Санса), пела в "Миньоне" и "Пиковой даме". Но оперной певицей она все же не стала. В 1900-е годы о Вяльцевой много писали и говорили. Журналисты нарекли ее "несравненной".

 

Когда началась Русско-японская война, часть денег от выступлений Анастасия Вяльцева отдавала в пользу раненых, давала много благотворительных концертов, на свои средства  снарядила санитарный поезд в Маньчжурию, где  воевал ее будущий муж Василий Викторович Бискупский.

 

4 (17) февраля 1913 года в Петербурге Анастасия Дмитриевна Вяльцева скончалась - в возрасте 42 лет от рака крови. Уже зная о своей болезни, Анастасия Дмитриевна составила завещание: она отдала свои средства городу с условием организовать либо больницу ее имени для рожениц, либо приют для внебрачных детей. В случае, если город откажется от этой благотворительной акции, Вяльцева распорядилась продать принадлежащие ей дома и имущество  и направить деньги в Санкт-Петербургский университет  для учреждения стипендий крестьянским детям. В связи с начавшейся Первой мировой войной и революционными событиями 1917 г. завещание исполнено не было.

 

А. Д. Вяльцеву похоронили на Никольском кладбище Александро-Невской лавры. В 1914 г. родные Вальцевой заказали известному скульптору С. Н. Судьбинину  мраморное надгробие. Было сообщено, что памятник готов, но, т.к.  он был изготовлен в Париже, может быть привезен в Россию только после окончания войны. Впоследствии след этой скульптуры затерялся во Франции. В 1915 г. на могиле певицы была установлена часовня, сооруженная в стиле модерн по эскизам архитектора Л.А. Ильина. Первоначально ее венчала луковка с позолотой и крест. Склеп оформляла ажурная решетка, стены были облицованы мрамором, а над могилой установлен небольшой мраморный столик, на котором стояла фигура ангела. В склеп вела мраморная лестница, где стоял гроб Анастасии и ее матери Марии Тихоновны, умершей в том же 1913 г. Над могилой предполагалось установить мраморную статую актрисы, которую изготовил скульптор Судьбинин. Все последующие годы часовня охранялась ее семьей от ограблений и разрушения. Брат певицы, бессильный противостоять кладбищенскому варварству, был вынужден замуровать вход в гробницу.

В настоящее время часовня отреставрирована на средства, выделенные губернатором г. Брянска.

(добавил: Наталия по материалам статьи С. Ильченко "Царицу салонов обожала

вся Россия" в газере "Невское время" от 2 марта 2011 г. и сайта funeral-spb.narod.ru)

 

ВП на 1913 г. (О. IV Стб. 141, 275) указывает за А. Д. Вяльцевой одно домовладение - дом по наб. Карповки, 24 - Ординарной ул., 23  

 

 

 

 

 

В 2001 г. дом включён КГИОПом в "Список вновь выявленных объектов, представляющих историческую, научную, художественную или иную культурную ценность" (211).

  • фото

    Кадр из фильма
    "Что бы ты выбрал?" 1981.
    (добавил Den)

2 комментария
1203 просмотра
Добавил: Blackadder, 24 Июня 2009, 22:11
Редактировано: 23 Января 2014, 03:28
Оцените:
(3 голоса)
Разместить ссылку у себя на ресурсе или в ЖЖ:
<a href='http://www.citywalls.ru/house5450.html' target='_blank'>Дом Касаткина-Ростовского (по наб. Мойки) на Citywalls.ru</a>
Всего 2 комментария
  • 3 Марта 2011, 23:39

    Известно о нем немного. Как все Касаткины-Ростовские он Рюрикович (37 колено). Родился в 1821 году (Петров П. Н. История родов русского дворянства: В 2-х кн. Кн. 1. М., 1991. С. 202). На сайте  http://rurik.genealogia.ru/Rospisi/Kas_Rost.htm сообщается, что он был женат на Софье Николаевне Норовой. Вероятно, в том же 1893 году Ф. М. Касаткин-Ростовский умер. В последующие годы в качестве владелицы дома фигурирует его жена, кн. С. Н. Касаткина-Ростовская.

    Не могу проследить историю этого домовладения последовательно за все годы, но, во всяком случае, когда в 1904 здесь появилась Вяльцева (Впб на 1905 О. 3. С. 136), домом владели наследницы — кжн. София Фед. Косаткина-Ростовская (и в дальнейшем фамилия писалась так), Елена Фед. Елчанинова и баронесса Анастасия Фед. Таубе.

    Году в 1913-1914 (по косвенным сведениям из алфавитной части Впб на 1913 и 1915) владельцем дома стал Константин Михайлович Бенуа, гласный Пг. Гор. Думы, член комиссии по народному образованию, сын Михаила Николаевича Бенуа (ВПг на 1916. О. 4. Стлб236; на 1917. О. 4. Стлб. 234).

  • Позавчера в 22:26

    Блокадные воспоминания жительницы дома, Новиковой Марины Алексеевны:

     

    Я, Новикова Марина Алексеевна, родилась в городе Ленинграде 17 июля 1934 года. Вся наша семья: папа, Алексей Михайлович Новиков 1897 года рождения, мама Софья Николаевна 1899 года рождения, и я жили на набережной р. Мойки дом 84 кв.15. У нас было две комнаты: одна светлая, другая темная, даже без окон. С нами жила мать моего отца, моя бабушка, Анна Павловна Новикова. Отец работал на железной дороге.
    Перед войной 1941 года, я и мама поехали на лето, в гости к другой моей бабушке, Надежде Николаевне Недробовой в Оредеж Ленинградской области. Помню, что там и застало нас начало войны. Папа приехал за нами, но бабушка не согласилась уезжать и осталась в Оредеже. Вместе с матерью в Оредеже осталась и родная сестра мамы, Ольга. Оредеж захватили немцы. После войны я узнала, что тетя Оля ушла в партизаны, попала к фашистам, и они её повесили.
    Очень хорошо помню первую бомбежку Ленинграда. Всё грохотало, падали зажигательные бомбы. Мы с бабушкой Аней спустились в бомбоубежище. Там было темно и страшно, от страха и ужаса плакали дети и даже многие взрослые. Больше мы туда не ходили, оставались дома. Самые мои страшные детские воспоминания: вой сирен и стук метронома. Чувства голода я почему-то не помню, но привычка что-то постоянно жевать осталась. В лесу, в поле могу жевать травинку, листочки – все кажется очень вкусным.
    В конце декабря 1941 года от голода умирает бабушка Аня. Как она умерла почему-то не помню, наверное, детская психика таким образом защищалась от всех ужасов бомбежек, артобстрелов, голода, холода. А 12 января 1942 года от голода умирает моя мама. Помню, как папа спросил меня «Во что мы её оденем?». Помню, что у мамы было красивое черное бархатное платье с белым воротником, еще довоенное. Так мы и решили. Папа одел маму в это красивое платье и положил её в светлую, но холодную комнату (в этой комнате не было ни одного целого стекла).
    Как я узнала уже после войны от жены родного брата папы (Сергей
    Михайлович Новиков был моим крестным), Екатерины Романовны, что после смерти мамы она пришла к нам домой и настояла, чтобы папа отвел меня в детский дом. Так я попала в детский сад-интернат для детей работников Октябрьской железной дороги. Позднее детский сад-интернат был преобразован в детский дом № 38. Детский сад – интернат был создан в блокадном Ленинграде в декабре 1941 года, в тяжелейших условиях голода, ужасающего холода, когда не было ни воды, ни света, ни тепла. Об этом остались воспоминания директора детского дома Дахиной Марии Николаевны.
    Воспоминания этой мужественной женщины, в виде выступления перед молодыми педагогами города Ленинграда, хранятся у меня, в моем семейном архиве. Я преклонялась перед этой женщиной, мы с нею дружили до самой её кончины. Она много рассказала мне о моем отце. Как он приходил ко мне в детский дом и приносил блокадный кусочек хлеба. Он был дистрофиком, как все жители блокадного Ленинграда, но нес мне свой несъеденный кусочек хлеба. Ему наливали кипяток и говорили, что я сыта. Тогда папа съедал это кусочек хлеба, и мы шли с ним гулять. От голодной смерти в блокадном Ленинграде меня спасло то, что папа отвел меня в этот детский сад-интернат.
    Я помню, как он пришел ко мне в последний раз. Мы гуляли с ним по скверу. Уже наступила весна (это было где-то в марте 1942 года). Было солнечно, но снег еще не растаял. И он говорил, что мы скоро уедим с ним в Вологду. Но больше мой папа ко мне не пришел.
    И только после войны, от жены дяди Сережи, я узнала об ужасной смерти двух братьев. Папа должен был уезжать, на его проводы тетя Катя где-то достала и сварила клей. Изголодавшиеся, он и дядя Сережа, его родной брат, съели этот клей и умерли в страшных мучениях от заворота кишок, когда развивается полная непроходимость кишечника. От этого скончались многие ленинградцы, которые после длительного голода в блокадном Ленинграде, сразу наваливались на еду, если представлялась такая возможность (особенно в первые дни эвакуации, когда им давали еду без ограничения).
    Я запросила архивы блокадного Ленинграда, но мне ответили, что могилы папы, мамы и бабушки не сохранилось. Скорее всего, они лежат в братских могилах города Ленинграда.

     

    Источник текста:

    leningradpobeda.ru/livearchive/diaries/item_245/

Зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий или добавить информацию в публикацию.
Категории
Новости по дням
Сейчас на сайте
Публикации
Опубликовано: 22990
Готовится: 261
Посетители
Гостей: 21
Всего сегодня: 490